Книга Ступени над Бездной. Том 1, страница 153 – Баобэй Мэйжэнь

После этого юноши заказали еды, чтобы насладиться чудесной кухней Великой Шуанчэн, которая пришлась им по вкусу еще в долине Цуэйлю. Слуги уставили круглый стол в их комнате множеством мисочек, источающих чудесный аромат специй, от которого текли слюни, но не успели юноши и взять палочки в руки, как внезапно на улице прозвучали три громких удара гонга. Чэн-эр чертыхнулся, с досадой швырнул палочки на стол и поднялся.

— Даже не поели.

Братьям пришлось бросить свой обед и поспешить прочь из комнаты. Приветственная церемония в честь начала состязания вот-вот начнется!

Когда молодые заклинатели вломились во Дворец Просвещения, народ только не спеша подтягивался ко входу и в помпезном мраморном зале с красными колоннами половина мест пустовали. Чэн-эр очень расстроился, что они не успели пообедать. Юноша с детства отличался скупостью, ничем не делился и ненавидел, когда что-то портилось или пропадало. Он уселся мрачнее тучи на свое место за столами, отведенными Цянь Сяну и его ученикам. Цянь Сян, к слову, уже сидел за столом, когда юноши вломились в зал, и осуждающе покачал головой.

Рядом с учителем сидела его молчаливая жена, госпожа Е, облаченная в черные одежды ордена. В какой-то момент, когда зал уже почти заполнился, она повернулась и тихо спросила Хай Минъюэ:

— Тебе помогла мазь, что я передала?

Вспомнив обстоятельства, при которых это произошло, Хай Минъюэ покраснел и поспешно поблагодарил наставницу, лишь бы она не продолжала эту тему. Однако ее лицо, словно восковая маска, не отражало никаких эмоций, и казалось, она даже не поняла, что юноша до ужаса смущен. Она элегантно запустила руку в рукав и достала из него новую баночку с мазью.

— Лишним не будет. Даже закаленные в бою получают раны, – сказала она, вложив баночку в руку Хай Минъюэ, и отвернулась, не дождавшись его ответа.

Ши Хао как ни в чем не бывало шепнул:

— Минъюэ, стыдиться боевых увечий глупо. Это было так давно, неужели ты еще вспоминаешь про это?

— Это были мои… первые боевые увечья. Я не смогу их забыть, даже если выпью зелья забвения.

— Ха-ха-ха, ты даже не понял, как получил их, ты помнишь? А я, дурак, полез с тобой сражаться тут же, ничего не разобрав. Ты задал мне тогда хорошую нервотрепку, я не отходил от твоей постели всю ночь. Неужели твое духовное ядро не могло исцелить те увечья? Обычные раны на тебе заживают даже быстрее, чем на мне, почему же мне тогда пришлось заботиться о тебе несколько дней?

Хай Минъюэ ненавидел говорить о таких личных вещах на людях, даже если шепотом.

— Замолчи, Ши Хао! – не выдержал он и с трудом сдержался, чтобы не закрыть себе уши.

Тогда госпожа Е снова обернулась и спокойно ответила:

— Парное совершенствование в первый раз оказывает сильную нагрузку на принимающий организм. Чем больше и мощнее корень светлой энергии отдающего организма, тем больше увечий получает принимающий. Несмотря на колоссальный прогресс в духовном развитии, его тело не было готово к такой нагрузке. Потому я и сказала ему отдыхать несколько дней, но, очевидно, он не послушал меня, раз вы решили сразиться тут же во второй раз.

Под конец ее речи Хай Минъюэ уже не мог дышать от стыда, его лицо полыхало огнем. Он беспомощно закрыл лицо рукой, ему казалось, что он прямо сейчас и на этом самом месте умрет. Однако Ши Хао ничуть не смутился, а виновато опустил голову: