Книга Ступени над Бездной. Том 1, страница 136 – Баобэй Мэйжэнь

— Учитель, я прошу вас взять нас с собой на соревнование Чжуцзи! – уверенно сказал Ши Хао. Даже если у них не было шансов на положительный ответ, Ши Хао не мог упустить эту возможность.

Цянь Сян усмехнулся, глядя, как ученики глубоко кланяются.

— Ты мне нравишься, Ши Хао, – сказал он затем. – Твое стремление к вершинам восхищает меня. Ты очень силен, находчив и обаятелен, объединять людей вокруг себя ради общей цели – твой талант. И твои братья… очень интересные жемчужины. Минъюэ способен подчинить себе магию любого элемента, что делает его универсальным, незаменимым бойцом. Он начал обучение позднее всех, но создал самое крепкое духовное ядро. Чэн-эр же сильно отличается от вас обоих, но без его уникальных знаний и стратегического мышления ваша команда бы ни за что не одолела ни одного высокоуровневого монстра, что я послал вам за эти недели. Действительно, невероятные ученики.

Ши Хао слушал похвалу учителя молча, Хай Минъюэ слышал, как громко стучало его сердце.

Учитель порылся в рукаве.

— Такая команда, думаю, может показать себя ничуть не хуже официальных учеников моей школы, – сказал он с улыбкой и вытащил три сверкающих синих жетона из камня ланьюйши, на которых читались символы: «Тысяча способов, сотня планов». Они с тихим стуком легли на стол, и сердце Хай Минъюэ подскочило от радости. – Я буду ждать вас через месяц на горе Байшань. Поднимитесь.

Юноши, не веря своей удаче, переглянулись. Едва синий жетон оказался в руке Ши Хао, он был так счастлив, наконец-то став официальным учеником лучшей школы, что не удержался и бросился к учителю, чтобы его обнять, но Чэн-эр, предвидев его действия, вовремя схватил его за пояс. Во взгляде Чэн-эрa читалось: «Ты идиот!», и только тогда Ши Хао опомнился.

— Спасибо, учитель, – улыбнувшись широко и искренне, Ши Хао отвесил земной поклон. Ши Хао больше всех других учеников любил и уважал Цянь Сяна. – Мы не подведем вас.

В тот вечер Цянь Сян и его таинственная молчаливая супруга покинули деревню в южном направлении, а братья отправились в таверну и развлекались до утра, выпивая свое вино Дэтянь-духоу, которое к тому времени уже стало самым любимым продуктом всех жителей деревни – люди стояли в очереди, чтобы приобрести персиковое вино из сада Ши Хао.

Когда Ши Хао и Хай Минъюэ вернулись домой к полудню следующего дня, у ворот их встретил дед Сюй в широкой соломенной шляпе. Он стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на них с острой ухмылкой. Хай Минъюэ почувствовал себя предателем, ведь если они покинут деревню, кто будет заботиться о старике? При мысли о том, как плохо ему будет ужинать в одиночестве за тем большим круглым столом после стольких историй, которые были там рассказаны, сердце Хай Минъюэ похолодело.

— Не делай такое жалостливое лицо, мой мальчик, – сказал дед Сюй ласково. – Следуйте за своей мечтой. Деда будет в порядке, будет приглядывать за винодельней, писать вам письма и гордиться вашими успехами. Это же радость родителя, верно?

Он потрепал их по головам, и от прикосновения его теплой отеческой ладони на глазах Хай Минъюэ выступили слезы.

— Деда!

Дед заключил их обоих в крепкие объятия.

— Ну чего ты ревешь? – засмеялся он. – Я выполнил свою цель, пора и вам выполнить свою. Или что, хотите всю жизнь просидеть здесь, в деревне? Глупости это. Ты просто нежный у меня, романтик, поэт, ну, не реви. Ши Хао, ты уж смотри, чтобы он так не разрыдался перед кем-то важным, в обществе-то. А то позор на мою голову. А, ты тоже ревешь.