Книга Осколки легенд. Том 2, страница 102 – Андрей Васильев

— Толя, теперь тишина, — прошипела Веретенникова, досылая патрон в ствол. — Чтобы ни шороха!

Ликман, как и она, затаился в укромном уголке, таком, куда незваные гости Арсенала наверняка не заглянут. А они небольшой поверхностный осмотр могут устроить. Мало ли, вдруг музейные сотрудники тут сторожа оставили? Кремлевская охрана кремлевской охраной, а материальную ответственность с них никто не снимал.

Минут через десять раздался еле слышный шорох камня о камень, что означало — все те, кого ждут сотрудники отдела, уже здесь. Так оно и оказалось — четыре человека, один за другим, выбрались из лаза и теперь вертели головами по сторонам, держа наизготовку пистолеты с навернутыми на стволы толстыми длинными трубками.

— Es scheint niemand zu sein^[1], — сказал один из них.

«Русский, — отметила про себя Павла. — Акцент, да и фразу строит не совсем верно».

— Zimmer prüfen^[2], — сказал другой приказным тоном.

«А вот это немец. Скорее всего, сам Функе».

Пока все, что она предполагала, сбывалось. Трое диверсантов сначала проверили, заперты ли двери Арсенала, а после сноровисто и умело осмотрели и внутренние помещения, при этом не заметив ни ее, ни Толю. Четвертый же, повертев головой, безошибочно определил ту комнату, где днем располагалось местное руководство, ориентируясь в первую очередь на массивный ростовой сейф, сноровисто его вскрыл и выволок оттуда груду документации.

Вообще-то до того все эти бумаги у Ольги Петровны хранились прямо так, на столе, стоявшем в углу, но для пущей достоверности Павла настояла на том, чтобы сюда доставили добротный бронированный ящик еще дореволюционной работы, но при этом с не слишком сложным замком.

— Beleuchte mich^[3], — велел Функе одному из подручных, после чего тот зажег фонарик, небольшой, но достаточно яркий.

— Хорошо, что тут окна со ставнями, — произнес один из диверсантов, причем на этот раз говорил он по-русски, — а то как есть спалились бы!

— Не каркай, — велел ему тот, кто направлял свет на документы. — Лучше инструмент достань, наверняка придется ящики вскрывать.

— А тут ведь, наверное, и золотишко есть, и камушки разные, — вздохнул третий диверсант. — Орлуша, может, я раскурочу пару коробов по-быстрому? Грех великий не глянуть, чего тут есть. Обратно-то все одно почти пустые пойдем, немец твой с собой же не попрет?

Павла мысленно погладила себя по голове за то, что и тут все просчитала верно. Из дела Алексея Орлова она узнала, что по окончании Гражданской войны он сначала ненадолго примкнул к одной из одесских банд, которых тогда в городе у самого Черного моря хватало, затем засветился во время тамбовского восстания, причем входил в ближний круг Антонова, а после появился в Москве, где снова начал промышлять налетами и грабежами. Надолго удачи не хватило, поднаторевшие в борьбе с уголовщиной «муровцы» довольно быстро встали на его след, и только разве что чудом Орлов успел унести ноги из столицы. После он наследил еще в нескольких городах Советской России, и в результате сбежал за границу, где, скорее всего, в какой-то момент и попал в поле зрения германской разведки, которая охотно принимала в свои ряды таких, как он — профессионалов войны, по горлышко налитых ненавистью к Советам.

Подобное прошлое фигуранта дела навело Павлу на мысль о том, что спутниками Функе и Орлова, скорее всего, являются обычные уголовники. А что? Удобный человеческий материал, с которым можно уверенно идти на задуманное дело, благо оно как раз по их профилю, а после не жалко эту парочку и в расход пустить. Ясно же, что через линию фронта сотрудники Аненербе их с собой не потащат. Зачем они им там нужны? Чем больше народа, тем выше риск быть замеченными. Так что по пуле в затылок каждому сразу после того, как будет найден меч — и все. Ну, может, не здесь, не в Арсенале, но под землей — точно.