Книга Сердце Земли, страница 54 – Максим Шаттам

Все в тягостном молчании расчесывали своих собак. Внезапно Таня сказала:

— Спасая нас, Пепс пожертвовал собой. Его поступок – прекрасное доказательство того, что эти собаки особенные, хотя мы и так сразу почувствовали это.

— Может быть, Пепс просто выдохся и не мог больше сражаться, – недоверчиво возразил Чен.

— Нет, – ответил Мэтт, – я видел его глаза. Он знал, что делает. И сделал это ради нас.

Все одновременно взглянули на собак. Восемь четвероногих друзей наслаждались каждым прикосновением щетки для расчесывания шерсти и каждым ласковым жестом хозяина.

— Луис умер, а мы так и не успели еще поговорить об этом, – заметила Эмбер. – Думаю, было бы правильно воспользоваться этим моментом и сказать несколько слов. Он вдохновлял нас, и, если кто-то из присутствующих был с ним знаком, пусть вспомнит, каким он был.

Эмбер начала первой. Она в нескольких словах выразила то, что думала о Луисе, каким он ей казался, затем слово взяла Таня. Мальчикам было труднее заговорить, но, начав, они уже не могли остановиться, словно пытались воспоминаниями вернуть Луиса к жизни. Те, кто хоронил его, понимали, что друга больше нет, что он лежит в земле, но для остальных его смерть стала реальностью только после этого разговора. Многие щедро поделились своими эмоциями, и теперь все плакали.

Говоривший последним Хорейс заметил:

— А что, если Пепс не захотел жить без хозяина? Они были знакомы недолго, но, может быть, поступок собаки говорит лучше любых слов?

Пэны не ответили, каждый снова бросил взгляд на свою собаку.

Потом все улеглись и, прижавшись к шелковистой шерсти животных, уснули, убаюканные волнами дыхания своих четвероногих друзей.

Отдохнув несколько часов, пэны отправились дальше, планируя ехать всю вторую половину дня.

Над равниной собирались большие серые облака.

До ночи еще было далеко, но затянутое облаками небо так потемнело, что казалось, будто на равнину уже спустились сумерки.

Дождь начался на закате: сначала упали одинокие тяжелые капли, потом, скрыв часть пейзажа, он пошел стеной.

Пэны продолжали путь вдоль опушки леса. Они надели плащи, подняли воротники, втянули головы в плечи. Что касается собак, то те как будто даже не заметили, что почва намокла.

Внизу, на равнине, показались четыре всадника, они скакали в ту сторону, откуда двигались пэны. Вот они мелькнули на повороте, маленькие фигурки, едва видимые сквозь дождь, – дорога находилась на расстоянии пары километров от ребят.

— Они будут ночевать в той крепости, которую мы видели, – предположил Бен.

— Интересно, что той ночью случилось со жрунами? – спросил Чен.

Флойд покачал головой:

— Их так много, что они, вероятно, спали не в гостинице, а снаружи, хотя я не могу представить себе, чтобы на них напали волки, – жрунов слишком много.

— Не хотел бы я догнать их.

— Не волнуйся, мы увидим жрунов раньше, чем догоним их!

Вечерело. Бен спешился и повел своего хаски вперед, остальные следовали за ними. Единственным препятствием на пути были низко растущие ветви, но долгоход вовремя подавал остальным знак, и те успевали пригнуться к спинам своих скакунов.

Двигаясь гуськом, Мэтт и Эмбер переговаривались. Караван замыкал Флойд. Он услышал, как оба вспоминают клорофилловых пэнов, живущих на вершине Слепого леса.