Онлайн книга «Начало конца»
|
Вслед за потерей статуса друзей они рисковали стать для Лайлы теми, кого обезумевший от траура кровожадный хищник захочет разорвать на части, — врагами. * * * Обгоревший остов вяза чёрной башней высился посреди поляны: некогда занесённое ветром семечко слишком долго билось за жизнь в хвойной тесноте — когда старые ветви затерялись в еловой зелени, весенняя гроза положила конец давней борьбе. Пепелище уже много лет как затянулось травой, но обломок дерева так и остался стоять пустотелым монументом великого противостояния. Его нечастыми гостями были белки, прятавшие в древесных руинах запасы на зиму и почти всегда забывавшие о них к приходу холодов. Однако сегодня на ковре из сгнивших орехов и ягод сидела доселе невиданная гостья, дыхание которой оседало на внутренних стенах остова морозным серебром. Вампирша ощущала себя таким же погибшим деревом: мёртвым, пустым, одиноким… Её заплаканный взгляд размывал отблески золотого кольца — подарка Джона. В ледяных пальцах драгоценный металл казался тёплым, словно до сих пор хранил частичку любимого. И от этого становилось ещё больнее. По щеке снова покатилась слеза, быстро застывшая и упавшая на прелое дно осколком стужи. Хотелось скорее вернуться к могиле, обнять сырую землю и просто лежать, пока рассвет не обратит тело в золу. Тогда всё закончится. Страдания. Терзания. Абсолютно всё. Один раз переступить через страх, претерпеть боль и обрести желанный покой рядом с возлюбленным… Эрминия с Рэксволдом уже должны были уйти — никто не помешает задуманному. Вернув кольцо на безымянный палец, Лайла возвела взор к окаймлённому обугленными зубьями клочку неба, такому же алому, как её глаза: — Я скоро приду, Джон… Жди меня… * * * Северянка мотала скользкие лоскуты на длинные, заточенные палки. Ещё вчера, унося с плато мясо, она захватила с собой немного конского жира: словно знала, что понадобится. Развести костры было бы куда проще, но в случае погони требовался переносной источник света: упустить вампиршу во второй раз — потерять её навсегда. Пока Эрминия занималась факелами, сидевший у могилы ассасин усердно орудовал щитом. Он не стал сильно раскапывать захоронение: снял лишь верхний слой, сложив землю в заметный полуметровый бугор. Если Лайла всё-таки придёт, не сможет проигнорировать и такое — обнажать тело не имело смысла. — Она нас возненавидит… — отряхнувший руки Рэксволд смотрел, как на голых осинах догорает закат. — Не без этого… — северянка воткнула факел во всклокоченное полотно сухих листьев. — Поводов будет много. И начать можно с единственной верёвки: если чертовка вспомнит про магию раньше, чем мы раздобудем цепи, мне придётся всю дорогу поддушивать её. Добавь сюда недельку заточения в каком-нибудь стоящем на отшибе доме, и вот мы уже последние твари, что обрекли принцессу на участь скотины. — Лучше уж так. Нет у меня желания прикапывать обгоревший труп. Или того хуже, коли местные о лесном чудище прознают… Беседа не нашла продолжения — в осиннике остались лишь шорохи листвы и глухие стуки вонзаемых в землю факелов. * * * Под пристальным взглядом сумерек со скалистых склонов спустилась ещё одна всадница, но, в отличие от предшественников, она не искала в здешних землях тепла. Наоборот — шла по следу холода… могильного холода. Зажав в кулаке сияющий амулет, Нактарра остановила коня под ветвистой липой, черневшей на фоне сизого неба и походившей на корнеобразную схему кровеносных сосудов со страниц медицинского трактата. |