Онлайн книга «Живые и мертвые»
|
Бальтазар вдруг нахмурился. Выдернул руку из кармана. В пальцах белел аккуратно сложенный платок, а рядом с ним, на ладони, темнел впившийся дротик. — Вот сучок… — пробормотал Бальтазар. Над ладонью сверкнула сталь — наружу вырвался фонтан брызг, окрасивший бороду в багрово-алые тона. Бальтазар упал на колено. Выпустил из руки молот. И поднял удивлённый взгляд на северянку, что стояла с окровавленным обломком меча. — Всё бывает первый раз… — тихо повторила она и следующим взмахом снесла седую голову. Установленную приказом тишину нарушила робкая волна голосов. Лишь теперь Эрминия взглянула на всадников, правда не смогла рассмотреть лиц. Тогда она подняла за волосы отрубленную голову и побрела к кобыле. Залитая кровью. С гарпуном в спине. И ледяным спокойствием на лице. Изумлённые солдаты расступались. Никто не смел препятствовать. Даже копейщики опустили оружие. Взобравшись в седло, северянка отвела взор к лесу, что зелёной полоской двоился в глазах и стремительно темнел: — Мне нужен… лекарь… Историю вершат не мудрецы, не воины и даже не правители — историю вершат победители. Однако до смерти никто не знает: победитель он или проигравший, медведь или тигр, мошка или паук. Глава 18 Вечернее солнце искрилось на озере. Согревало каменные перила набережной. Взбиралось по стенам домов к острым крышам. Угловое же здание, запечатлённое на фреске, было самым высоким и заканчивалось башней. На её вершине зеленела скульптура: похожий на корону всплеск, в брызгах которого серебрились тринадцать черепов. Так в Мальпанере выглядел «Дом судеб», что ведал вопросами судов и документов. Стоя неподалёку, у перил, Лайла слушала, как волны омывают поросшую водорослями стену набережной. Взор же уже давно устремлялся к оранжевому солнцу в тёмных путах облаков. — Не понимаю, — наконец сказала вампирша. — Почему они нас отпустили? Джон, что стоял рядом и наблюдал за чайками, повернул голову: — Вряд ли дело в изумлении или воинской чести. Думаю, со смертью Бальтазара всё потеряло смысл. Костяк его банды там, в Эльтароне, держит знать в ежовых рукавицах. На Грозовой трон сажать теперь некого. Для того, кто здесь принял командование, осада — бессмысленная мясорубка. Потому он дал нам уйти. Потому на столицу до сих пор не напали. Будет торговаться с лордами за отвод войск. И мы ему в этом помогли, когда пришли к запертым воротам с головой Бальтазара. Так сказать, оповестили всех о смене власти. Даже странно. Мы чужаки, но с таким трофеем нас приняли как родных. Бумаги именные вон делают. Видимо, «враг моего врага — мой друг» им не чуждо. — Сейчас я переживаю только за Эрми. Когда они сражались, сердце кровью обливалось. Я — законная королева Эльтарона. Я должна была остановить это безумие. Но меня бы не послушали. Я для них никто. А магия пока не вернулась, — Лайла тоскливо вздохнула. — Нужно было задействовать Скарги, хотя бы попытаться… — Накликать беду на головы? — разбил иллюзии Джон. — К тому же Эрминия бы не простила сорванного боя. Сама видела, как серьёзно она была настроена, — он ласково взял вампиршу за руку. — Не всё зависит от тебя. — Но многое. Мне необходим Леонардо, — Лайла повернулась и обвела взором черепичные крыши. — Где же его вороны, когда они так нужны?.. Хотя… Я сама виновата. Упрекнула его за слежку. За внезапные спасительные появления, в то время как наше попадание в Грон-Бан-Горт уж точно не было подстроено. И вот что получается, когда он не вмешивается в критические ситуации… |