Книга Талант под прикрытием, страница 62 – Брендон Сандерсон

Мисс Флетчер воздела палец.

— Ты мне не хозяин, Блэкбёрн, – сказала она. – И не надо думать, будто я с потрохами тебе принадлежу.

— Тебе заплатят, женщина, – ответил Блэкбёрн с улыбкой.

Улыбочка у него была, мягко выражаясь, не слишком располагающая. Темная, прямо скажем, улыбка была. Вполне соответствовавшая следам, которые я видел на полу. Темная, как ненависть в глазах человека, который в это мгновение причиняет своему ближнему ужасное зло. Темная, как неосвещенная улица в безлунной ночи, улица, где нечто таится и смотрит на тебя из темноты… подстерегает… Жуть, в общем.

А еще эта улыбка мигом мне объяснила, каким образом Редриан Блэкбёрн заработал свой титул Темного окулятора.

— Ты бы с радостью продала и мальчишку, не так ли? – спросил Блэкбёрн, все еще улыбаясь. Снял монокль, начисто вытер и спрятал в карман. – Ты бы и его с удовольствием выменяла на деньги… как и Пески. Иногда ты изумляешь даже меня, Флетчер!

Мисс Флетчер только пожала плечами.

Блэкбёрн вынул другой монокль и укрепил его на глазу.

«Эй, эй! – спохватился я. – Что я упустил из виду?»

Я почти сразу сообразил, что именно. Я по-прежнему явственно видел внизу множество следов – и Блэкбёрна, и мисс Флетчер. То бишь у меня на носу по-прежнему сидели линзы следопыта. Чертыхнувшись про себя, я торопливо стащил их и сменил на линзы окулятора.

Блэкбёрн сразу превратился в живое черное облако. Оно потрескивало разрядами, выдавая ауру такой потрясающей силы, что я аж заморгал, не выдерживая слепящего мрака.

Если у него была подобная аура, то какую же, спрашивается, испускал я?

Темный окулятор вновь улыбнулся, разворачиваясь точно в том направлении, где мы все прятались.

Его монокль выдал страшенную вспышку.

И я немедленно отключился.

Спорю на что угодно, вы уже все просчитали на три хода вперед и потираете ручки, готовясь обнаружить меня привязанным к алтарю для жертвоприношения. К несчастью, должен вам сообщить, что вот тут вы ошибаетесь. До этого судьбоносного момента наша история еще не добралась.

Обиделись? Расстроились? Разочарованы? Если да, значит я достиг поставленной цели. Так вот, прежде, нежели швырять эту книгу о стенку, вам следует кое-что понять в отношении искусства рассказчика.

Кое-кто думает, что писатели создают книги потому, что у них, то есть у нас, богатое воображение, помноженное на желание поделиться своим взглядом на вещи. Другие люди полагают, будто нас распирают обалдефигительные истории, требующие письменного изложения, и мы хватаемся за перо и бумагу в приступах творческого недержания.

Те и другие, чтобы вы знали, абсолютно не правы. Мы пишем книги по одной простой и веской причине: мы, писатели, обожаем мучить людей.

К настоящим физическим пыткам в цивилизованном обществе относятся неодобрительно. По счастью, сообщество литераторов успело открыть, что художественное творчество предоставляет гораздо более действенные средства причинения боли. Сочиняя свои истории, мы на самых законных основаниях предаемся наиболее изощренным издевательствам и надругательствам над своими читателями. Какое блаженство!..

Возьмите, к примеру, хотя бы прилагательное, которое я только что употребил: обалдефигительный. На самом деле такого слова нет, я его только что выдумал. Спросите зачем? А меня забавляет мысль о том, как тысячи читателей схватятся за словари и будут их долго и упорно листать, отыскивая это дурацкое слово.