Книга Система становления, страница 80 – Джон Демидов

— Из вас троих нам нужны только двое, так что если кто-то не хочет или не готов рисковать — я пойму и не посчитаю трусостью. Решайте.

Услышав это предложение мы быстро переглянулись с Илюхой, в глазах которого читался тот же страх, та же внутренняя борьба, что и у всех: Идти — это добровольно принять участие в игре на выбывание, где ставкой является твоя жизнь, а если не идти, то останешься живым, но с клеймом труса в собственных глазах. Илюха сглотнул и кивнул мне почти незаметно. Мол, не переживай друг, я с тобой.

В этот момент бледный Женя сделал шаг вперед, после чего сказал:

— Товарищ капитан… Если вы не против… Я не пойду. — Он выдохнул, и дрогнувшим голосом добавил:

— У меня… У меня недавно дочка родилась, еще месяца не исполнилось… И жена одна… Не хотелось бы оставлять их одних на произвол судьбы.

Капитан, услышав такой довод, молча кивнул, признавая его достойным, после чего гораздо более мягким голосом сказал:

— Я понял, Жень, без проблем. Я уважаю твоё решение, и если оно и правда окончательное, то так тому и быть. Передай нам свой боекомплект, и оставайся здесь. Твоя задача — охранять вход внутрь данжа, и технику.

Если мы не вернемся через пять часов, или ты заметишь, что в данже появилось больше, чем три доступных слота для посещения — немедленно докладывай в институт и вызывай поддержку, понял?

— Так точно, товарищ капитан! — воскликнул Женя, и, видимо почувствовав огромное облегчение, сразу же скинул свой рюкзак, чтобы отдать нам свои магазины и гранаты.

Дождавшись, пока Лебедев нагрузит нас так, что даже стоять уже было тяжело, Попов сказал максимально собранным голосом:

— Группа, больше нечего ждать… Нажимаем «Да», и покажем этому данжу — почему стоит бояться русского солдата!

Как только я согласился с переходом — мир вокруг меня в очередной раз замерцал, а в следующее мгновение я осознал, что мы находились уже не на парковке.

Портал перенёс нас внутрь огромного, абсолютно темного зала, из которого в разные стороны уходили такие же темные, зияющие провалы коридоров. Воздух в этом месте был неподвижным и как будто мертвым, пахнущим пылью и сталью.

А ещё тут было очень тихо… Эта тишина была неестественной и гнетущей. Такой тишины ни за что не встретишь в обычной жизни, и от этого на душе было очень не спокойно… Куда нас занесло?

Тем временем капитан уже пришёл в себя после перехода, и начал раздавать хриплым голосом первые команды:

— Так, слушаем сюда! Быстро сбрасываем всё лишнее, оставляем при себе только необходимый НЗ! Быстро!

Мы не стали спорить, и с наслаждением разжали руки, с грохотом роняя тяжеленные ящики с патронами на металлический пол, однако даже в таком, облегченном виде, снаряги на нас было столько, что её хватило бы на зачистку тройки лёгких данжей.

Как только мы избавились от изрядной части собственного веса, то тут же начали с любопытством изучать место, куда нас закинул пространственный переход.

Это был огромный круглый зал с куполообразным потолком, от которого в разные стороны, словно спицы колеса, уходило множество проходов. Стены, пол и потолок были выполнены из темного, матового металла, испещренного непонятными техническими символами и знаками.

— Черт, — тихо выругался Попов, окидывая взглядом расходящиеся в разные стороны коридоры, после чего добавил: