Онлайн книга «Рандеву с Варягом»
|
С наступлением темноты отряд должен будет потушить огни, и повернуть в направлении Сангарского пролива, увеличив скорость до пятнадцати узлов. Наша задача - начать крейсерство вдоль восточного побережья Японии, от Сангарского пролива до Окинавы. Особое внимание обратить на Токийский залив. Теперь попрошу еще немного внимания. Прошу вас осознать тот факт, что на Россию напали. Напали внезапно, вероломно, и без объявления войны. От победы иди поражения в этой войне, возможно, зависит очень многое. Возможно, что и само существование нашей страны. Ибо, вы все знаете, что за спиной Японии стоят Великобритания и САСШ, англосаксонские владыки половины земного шара. И даже та помощь, которую неожиданно получил наш флот, - капитан 1-го ранга Рейценштейн поднял глаза к небу, - может оказаться недостаточной перед лицом японо-англо-американского союза. Чем быстрее мы разгромим Японию, заставив ее безоговорочно капитулировать, тем меньше риска, что в войну успеет вмешаться еще кто-то. Каждый должен с максимальной отдачей, и до конца выполнить свой долг. Попрошу довести это до всех господ офицеров на ваших кораблях, и потребовать от них провести соответствующие беседы с подчиненными им нижними чинами. Ставьте в пример крейсер "Варяг", чья команда пошла в бой, как один человек, в результате чего крейсер смог продержаться до подхода помощи. И да поможет нам Бог, господа офицеры. Военный совет окончен. Попрошу по прибытию на свои корабли немедленно доложить мне о готовности к походу. 12 февраля (29 января) 1904 года, Полдень, Санкт-Петербург. Зимний Дворец. Посол Французской Республики в России Морис Бомпар. Приглашение на аудиенцию к русскому царю стало для меня неожиданностью. Обычно мы общались с императором во время официальных приемов во дворце, а все переговоры, связанные с внешней политикой, я вел с русским министром иностранных дел графом Владимиром Николаевичем Ламздорфом. По-видимому, случилось что-то очень важное, что царь, несмотря на занятость, связанную с недавно начавшейся войной с Японией, захотел увидеться со мной. Встретивший у Посольского подъезда Зимнего дворца скороход проводил меня на второй этаж, где, как я слышал, располагался кабинет царя. Велев мне подождать у входа, он скрылся за дверью. Я с любопытством разглядывал двери царского кабинета. Арочную дверь украшали кованные прорезные петли в стиле "а-ля рюсс". Я вспомнил, что император увлекался русской стариной и на балах щеголял порой в кафтане боярина и в меховой шапке. Вышедший из кабинета скороход пригласил меня войти. Рабочий кабинет Николая II находился в угловой комнате. Одно окно выходило в садик, второе - на Адмиралтейство. У одного из окон стоял "г"-образный письменный стол, над ним скромная лампа с матерчатым абажуром. Сам царь стоял у окна, спиной к нему. Я был знаком с подобным хитрым приемом. Свет из окна падал на меня, в то время, как лицо русского самодержца было в тени, и собеседнику было трудно следить за его мимикой. Царь предложил мне присесть. Потом, немного помолчав, сказал. - Господин посол, недавно ко мне поступили заслуживающие доверия сведения о соглашении, которое Франция собирается в самое ближайшее время подписать с Великобританией. Я готов внимательно выслушать все, что вы мне скажете на эту тему. Согласитесь, что состоя в союзе с Российской империей, Французская республика хотя бы из приличия должна была проинформировать нас об этом соглашении? |