Книга Рандеву с Варягом, страница 83 – Александр Борисович Михайловский

Капитан 1-го ранга это тоже понимал. Как и то, что зачастую выжить удается только предельным напряжением сил. Это война, а русский флот серьезно не воевал уже более полувека. Состарились и сошли в могилу уцелевшие в Крымской войне соратники адмиралов Нахимова и Корнилова. Кроме того, это первая война на море, когда во главу угла поставлена триединство: "Скорость, броня, огонь". Николай Карлович и не подозревал, что вскоре эту формулу возьмет на вооружение совсем иной вид сухопутных войск. Сейчас же он вместе со всем личным составом должен выполнить поставленную Наместником боевую задачу.

"Личный состав", "боевая задача" - эти неведомо откуда взявшиеся слова будоражили воображение. Слова эти были не от мира сего, который, как заношенный заячий тулупчик разлезался по всем швам. И носить его уже неудобно и выкинуть жалко. Эти слова будто пришли оттуда, где тревоги военного времени - дело совсем обыденное.

Капитан 1-го ранга был фанатиком военного флота. Вся его жизнь была связана с морем. Вроде бы банально, но Николай Карлович совершенно не представлял себе, что он будет делать, выйдя в отставку. Доживать свою жизнь бессмысленным и никому не нужным стариком, нет уж - увольте, лучше мгновенная смерть на мостике боевого корабля от вражеского снаряда.

Все, командиры отряда в сборе. Последним, в адмиральский салон вошел капитан 1-го ранга Стемман. Все собравшиеся, конечно, понимали, что не зря уже больше суток на фарватере звучат взрывы. Но заявление о выходе отряда в боевой поход все равно прозвучало как гром среди ясного неба. Капитан 1-го ранга Рейценштейн решительным жестом пресек возникший ропот. - Господа, господа, отсиживаться в гавани до весны нам никто не даст. Или вам хочется, чтоб вся слава досталась Порт-Артурскому отряду, и тем кораблям, что пришли к нам из Америки? - И не дай Бог, если Наместник выведет в море броненосцы - стыда же потом не оберемся - броненосцы крейсируют, а крейсера весны ждут.

Как мне доложили, канал уже пробит, припасы и топливо погружены, команды на борту. - Это так? - Командиры крейсеров утвердительно кивнули. - Значит так, господа, выходим в море через полтора часа, порядок в ордере следующий: первой пойдет "Россия", за ней "Рюрик", потом "Громобой", замыкающим идет "Богатырь". Поскольку, наверное уже все разведки мира проинформированы о нашем намерении покинуть базу, то нам нужно будет приложить некоторые усилия, чтобы скрыть от адмирала Катаоки наш истинный маршрут.

Да-да, господа, не делайте удивленные глаза, как сообщил мне Наместник, город и порт просто кишат иностранными шпионами. Каждый встреченный вами на улице китайский кули, подобострастно отбивающий вам поклоны, может оказаться кадровым офицером японской разведки. Кроме них существуют и европейские коллеги японцев, работающие на американцев, англичан, немцев, французов, и Бог знает еще на кого. Самые опасные из них - британские шпионы, поскольку они немедленно делятся добытыми ими сведениями с японцами. И, как вы понимаете, затея с подрывом льда не осталась ими незамеченной.

Токио ждет-с информации - куда мы направимся. А посему, приказываю, после выхода из базы, иметь скорость десять узлов, взять курс на пролив Лаперуза - пусть смотрят с берега на наши дымы.