Книга Пусть ярость благородная, страница 102 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Ее Высочество права, – вступил в разговор Карл Иванович, – я тут выписал факты, которые присутствовали во всех имеющихся у нас сообщениях. И все эти факты невероятны, и в то же время очевидны, поскольку люди, которые их сообщили, имеют определенную репутацию и заслуживают доверия. Вот смотрите, ход без дымов при скорости в двадцать пять-двадцать семь узлов отмечают все. Мне даже сложно сказать, какой тип машин способен дать такой эффект. Но это только цветочки. И артиллеристы, и моряки отметили частый и убийственно точный огонь артиллерии. По всплескам и разрывам в воздухе скорострельность была грубо оценена как сто выстрелов в минуту для каждого из кораблей. При этом при ближайшем рассмотрении оказывается, что у одного корабля две одноорудийных четырехдюймовых башни, а у другого тоже две башни, но двухорудийных пятидюймовых. Скорострельность на ствол получается вообще невероятная – сорок-пятьдесят выстрелов для четырехдюймовок и двадцать пять-тридцать для пятидюймовок. И невероятная дальность, точность и кучность огня. Правда, это может быть объяснено длинной стволов; те, кто видел эти корабли вблизи, оценивают ее в шестьдесят-семьдесят калибров. И еще – при максимальном калибре в пять дюймов наблюдатели оценивают разрывы снарядов как восьмидюймовые или даже десятидюймовые… и подобное на каждом шагу. Пятнистая окраска, каковую не применяют ни в одном флоте, но которая сильно снижает заметность корабля, а вместе со скоростью и полностью бездымным ходом – и вовсе получаются настоящие «летучие голландцы». Да японцы их увидели наверняка только тогда, когда уже попали под накрытие. И самое главное, Ваши Императорские высочества… Скорость, быстрота всей операции в целом. Что можно успеть сделать за четверть часа? В морском сражении за четверть часа не успеть НИЧЕГО! Командующий эскадрой успеет послать запрос младшему флагману и, может быть – может быть, я подчеркиваю – получит ответ. И вдруг, оказывается, что существуют корабли с соответствующими командами, которые за четверть часа способны уничтожить одну из лучших в мире броненосных эскадр. Это все равно что вместо ходьбы мы будем все время бегать. И как бегать! Пока вы ночью отдыхали, я тут немного посчитал темп движений… Получилась невозможная цифра, на этих кораблях все делается в десять-двадцать раз быстрее, чем обычно. Это уж точно Жюль Верн, или, точнее, Герберт Уэллс. И что из всего этого следует, Ваши Императорские Высочества? А то, что в такой рассказ, состоящий из одних невероятных нелепостей, не поверит ни один здравомыслящий человек…

Великая Княгиня Ольга вдруг вздрогнула:

— Карл Иванович, постойте! Вы сказали набор невероятных нелепиц, а потом произнесли фамилию сочинителя Герберта Уэллса… скажите, в нашем флоте какие есть два самых лучших крейсера – один полегче, другой потяжелее – но вроде одного размера?

— Наверное «Аскольд» и «Баян», – пожал плечами Карл Иванович, – а зачем….

Сначала Великий Князь Александр Михайлович внимательно слушал своего адъютанта. Железная скандинавская логика подводила к какому-то странному выводу. Все, что произошло – невозможно, но факт, оспорить который тоже невозможно. А теперь, затаив дыхание, смотрел на Ольгу.

— Сандро, – обратилась она к нему, – представь, пятьдесят лет назад англо-французский флот осаждает Севастополь. Огромное количество британских и французских кораблей бомбардируют севастопольские форты. И вдруг появляются «Аскольд» и «Баян»… Сандро, результат был бы точно таким же, и точно так же никому не понятным. Вражеский флот был бы потоплен, но никто бы не понял, как это можно сделать. Карл Иванович, что говорит ваша природная обстоятельность?