Книга Спят курганы темные, страница 135 – Александр Харников, Максим Дынин

— Хорошо, дедушка.

— Но не это главное. Тебе необходимо выбрать свою судьбу.

— Но, дедушка, я ее уже выбрал – и тогда, когда пошел добровольцем на фронт, и сейчас, когда воюю за правое дело.

— Я не об этом. Тебе необходимо выбрать себе спутницу жизни. Тебе нужны дети, в которых будет кровь нашего рода. А ты даже не смотришь на девушек.

— Но, дедушка, ты же знаешь – я дал клятву Айлуне, что вернусь к ней, и я до сих пор люблю только ее. Хотя я и нарушил свою клятву тем, что не вернулся.

— Помни мои слова, внучок, – сказал дед, и я неожиданно проснулся.

Вокруг было темным-темно. Рядом мерно похрапывал Андрей, раздавалось Мишино сопение, в углу тихо спал Семен. Все мои друзья, как и я, пришедшие из иного времени – и все они мои названые братья. И я, чтобы им не мешать, закрыл глаза и начал думать, что же дед имел в виду – и проворочался до рассвета.

А сегодня у нас – впервые с моего появления в этом времени – был свободный день. За завтраком Андрей объявил:

— Ребята, мы все приглашены сегодня к Мише Варенчуку. Готовит он всяко получше, чем наши повара. А покамест я предлагаю показать вам Донецк – не то чтобы я его хорошо знал, но я провел здесь пару дней и кое-что видел.

И мы пошли на прогулку. Светило солнце, было не жарко, но мы были все в форме, и никому холодно не было. Неожиданно я услышал старческий голос на родном языке:

— Простите, вы тувинец?

— Да, я тувинец, – оглянулся я.

На скамеечке сидела иссохшая старушка вместе с девушкой лет, наверное, двадцати. Я всмотрелся, а бабушка продолжала:

— Вы очень похожи на одного моего погибшего друга.

— Айлуна! – я наконец-то понял, кого она мне так напоминала. – Это я, Кызыл-оол Тулуш!

— Кызыл-оол? Мой Кызыл-оол погиб еще в сорок четвертом. Хотя вы очень на него похожи, молодой человек.

— Айлуна, я же обещал, что я вернусь к тебе. И вернулся. Помнишь, мы тогда перед расставанием гуляли по полю, ты еще сказала, какие были большие звезды…

— Кызыл-оол! Все-таки это ты… Но как?

— Сам не знаю. Тогда погиб, здесь вновь появился. Я и мои друзья – они все тоже из другого времени. Семен и Андрей – еще с Гражданской. Миша – как и я, с Великой Отечественной. Но мы все вновь оказались живы – причем ни у одного из нас не было никаких ранений.

— Кызыл-оол, милый… А я вот замуж вышла, когда узнала, что ты погиб. Училась тогда в Москве и познакомилась с Толей из Сталино. Так и стала его женой. Он все удивлялся, что я звала его Тулушем… Он был геологом и погиб в экспедиции тридцать лет назад. А я еще жива… трое детей, семеро внуков, шесть правнуков – пока еще. Вот, видишь, внучка моя Елена – я ее называю Айлуной, как и себя саму.

И она перешла на русский:

— Леночка, милая, познакомься. Это Кызыл-оол.

Я посмотрел на девушку. Казалась бы, русская, блондинка даже, но в разрезе и цвете глаз, в самую малость приплюснутом носике и, главное, в выражении лица – везде я увидел свою Айлуну. И меня как током ударило.

— Кызыл-оол? – спросила девушка. – Очень приятно. А вы давно бабушку знаете?

— Целую вечность. Познакомьтесь, это мои друзья. Андрей, Миша, Семен.

— Семен? Вы не представляете себе, как вы похожи на Семена Каретника. Я про него курсовую недавно писала.

Тот поклонился и весьма элегантно поцеловал ей руку, за ним это сделали оба других.