Книга Герой империи. Война за Европу, страница 42 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Что касается Румынии, то к тому времени, как окончательно решится вопрос с Венгрией и Словакией (то есть к середине октября), Южный фронт должен двинуться с рубежа Днестра в поход на запад. Командующего там пришлось поменять. Вместо генерала Тюленева, у которого психосканирование не выявило сколь-нибудь значимых полководческих талантов, командующим Южным фронтом, действующим против румынской армии на «лобовом» Кишиневско-Бухарестском направлении, был назначен генерал Жуков. При этом еще неделю назад, сразу после инверсии Германии, генерала Кирпоноса на Юго-Западном фронте сменил генерал Конев, перемещенный туда с должности командующего Северо-Западным фронтом. С кондукатором Антонеску разговор намечался грубый, в стиле «двести орудий на километр фронта» и «если враг не сдается, то его уничтожают». После того, что этот деятель и его последователи натворили на временно оккупированной территории Бессарабии и Северной Буковины, другие методы воздействия на ситуацию исключались.

Правда, помимо военной диктатуры, в Румынии имелась еще и королевская семья – в первую очередь, чрезвычайно деятельная королева-мать Елена Греческая и Датская. Но это фактор в связи с отсутствием у юного короля Михая реальной власти не был принят во внимание Малинче Евксиной, тем более что эпизод с переворотом сорок четвертого года в Синей книге описывался коротко и неясно, отчего становились непонятны ни его движущие силы, ни список участвующих лиц. Если после Кишиневской и Черновицкой наступательных операций и стратегического десанта в Констанце, при угрозе окончательного разгрома румынской армии, в Бухаресте все же произойдет просоветский переворот, то товарищ Малинче получит изрядный щелчок по носу, чтобы слишком не задавалась.

Но это случится (и то необязательно) лишь некоторое время спустя, а пока в командном центре «Полярного Лиса» собрался самый разный народ. Вообще-то сход с орбиты и начало полета – процедура достаточно рутинная и не несущая в себе никакой торжественности. Занимается этим делом в основном искин Ипатий, а операторы пилотажного комплекса во главе с главным навигатором Ванессой Олиной на своих местах только присутствуют, бездействуя, если не поступает аварийных сигналов. Но в то же время на борту крейсера много гостей, для которых такое событие еще недавно считалось просто немыслимым. До запуска первого спутника о полетах в космос мечтали только отдельные энтузиасты вроде Циолковского, Королева, немца фон Брауна и американца Годдарда. Обычные же граждане, даже главы государств, о таком и помыслить не могли. Именно по этой причине Гитлер прохладно отнесся к космическим мечтаниям фон Брауна, а Сталин – скептически воспринял идеи Королева. И только потом стало понятно, что баллистические ракеты – это лишь промежуточный результат, а космические полеты – блистательная вершина развития ракет на химическом топливе.

И теперь комиссар Щукин (от советского руководства), товарищ Димитров (от Коминтерна), генерал Гудериан в ранге квалифицированного пеона (от Германии), капитан первого ранга Минору Гэнда (от Японии) и Гарри Гопкинс (от Америки) – все они застыли в напряженном ожидании чего-то чудесного, что для них может произойти только раз в жизни….

В то же время личный состав крейсера, изнываюший от безделья во время нахождения на околоземной орбите, пребывал в приподнятом, даже восторженном настроении. Угроза вечного прикола «Полярного Лиса» в окрестностях Земли миновала, и их корабль снова в деле. За перехватом «Корсара» последуют полеты на свободную каперскую охоту в заселенную эйджел часть Галактики. Только сначала желательно решить несколько проблем – в основном перепрофилировать и надежно загерметизировать тот объем корпуса, который занимают пустые ракетные шахты. В противном случае каперангу Малинину просто некуда будет складировать трофеи и размещать пленных – преимущественно высококвалифицированных специалистов эйджел. Да и вообще, ракетные шахты при отсутствии самих ракет – это крайне нерационально.