Книга Герой империи. Битва за время, страница 62 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Погоди, Дмитрий Карпович, – прервал рассказчика Жуков, – поясни, шо це таке танковая магистраль и с чем ее едят?

— Термин «танковая магистраль», – ответил тот, – она же «взлетная полоса» и «роллбан», по-немецки означает дорогу, идущую вдоль направления основного удара подвижного соединения. Или, если быть точным, этот удар наносится вдоль этой дороги, потому что уходящие в прорыв танки нуждаются в непрерывном снабжении. Именно по этой дороге вслед за танковым авангардом движутся мотопехота на грузовиках, артиллерия на мехтяге, автоколонны снабжения, а в обратном направлении в основном везут раненых. Это у нас удары планируются от забора и до обеда «примерно в том направлении», и зачастую оказываются неудачными только потому, что по придуманному штабом маршруту без противодействия противника не могут пройти даже танки, не говоря уже о мотопехоте с артиллерией, а немцы такие вещи секут жестко. Но, с другой стороны, стоит перерезать такую магистраль в удобном месте, и у немцев начинаются большие проблемы. Правда, и резать эту магистраль надо тоже умеючи, желательно в месте, удобном для обороны и в зазоре между наступающей пехотой и оторвавшимися от нее танками.

Немного помолчав, генерал добавил:

— Бронегруппа Борзилова потому и одержала победу, что выполнила оба этих правила и смогла сдержать атаки оказавшихся в окружении танков, которые начали испытывать дефицит топлива и боеприпасов, а затем, с другого направления, натиск многократно превосходящей вражеской пехоты. Разумеется, при этом союзники оказали нам всю возможную помощь, но и без наших бойцов и командиров тоже ничего не получилось бы. Но опять же должен сказать, что лично меня там не было; маневренная группа, сформированная из остатков бронечастей моего корпуса, приняла участие в том сражении только на завершающем этапе, нанеся удар во фланг и тыл второй танковой группе Гудериана, потерявшей подвижность и боеспособность. Итог вы знаете. Гудериан в плену, подчиненные ему войска уничтожены, группировка Болдина-Борзилова вышла из окружения с техникой и артиллерией.

Командующий Западным фронтом и его начальник штаба переглянулись, после чего Жуков уже значительно мягче сказал:

— Теперь хоть что-то понятно, – он бросив косой взгляд на терминал планшета, – а то тут такие советы приходят, что я даже не знаю, что это – то ли верх глупости, то ли гениальное тактическое озарение…

— Товарищ генерал армии, – сказал Мостовенко, – должен вам сказать, что, как мне объяснили, тактики темных эйджел просто физиологически не способны испытывать состояние озарения. Все рекомендации, которые они дают, создаются на основе подробнейших разведданных и точнейшего расчета. Чем старше тактик, чем больше у нее опыта, тем точнее и смертоноснее ее рекомендации…

— Погоди, Дмитрий Карпович, – прервал Мостовенко Соколовский, – ты сказал «нее». Эта самая товарищ Ватила – она что, баба?

— В первую очередь, она, Василий Данилович, темная эйджел, а значит, генетически приспособлена для решения тактических задач, – ответил Мостовенко. – Ну и потом – ей больше двухсот лет, и, в конце концов, она главный тактик крейсера, и за ее плечами опыт нескольких столетий противостояния таким же тактикам темных эйджел, а по сравнению с ними наши нынешние германские оппоненты – просто малые дети. И мы, кстати, тоже. Таких как Гальдер, Йодль или Браухич она кушает на завтрак вместо овсянки. Бабой же она будет в свободное от служебных обязанностей время в койке с приятным ей мужчиной. И не иначе.