Онлайн книга «Барин»
|
Загоревшиеся мертвяки метались среди своих, натыкались на других, хватались за соседних, и те вспыхивали тоже — сухая одежда, высохшая кожа и волосы — всё это занималось мгновенно. Через минуту среди орды горело с десяток таких факелов, и каждый сеял вокруг себя огонь и сумятицу. Мертвяки шарахались от горящих собратьев, ломали строй, сбивались в кучи, налезали друг на друга. Хорошо. Чем больше бардака в их рядах — тем лучше для нас. Огненные языки пламени выхыатывали из толпы отдельных мертвяков. Мертвяк в солдатском мундире, волочащий за собой бесполезную для мёртвого тела фузею на ремне, баба в сарафане, босая, с волосами, слипшимися бурой коркой, мальчишка лет двенадцати в рубашке, с разорванным горлом. Он шёл рядом со взрослыми мертвяками и ничем от них не отличался — те же бельма, тот же оскал, та же тупая, неостановимая поступь… Кошмар. Сущий кошмар. Я перехватил штуцер и упёр приклад в плечо. — Стрелки с фузеями — залп! Степан наверху гаркнул «пли!». Я прицелился. В прицел попал крупный мертвяк в остатках офицерского сюртука, с оторванной челюстью, который полз через бруствер, загребая руками, но я качнул головой и сместил ствол. Теперь на мушке был тот самый паренёк, бредший вперёд и скалящийся своим детским лицом. Было в это что-то неправильное. Что-то такое, чего допускать нельзя ни в коем случае, что-то, что было противно самой моей сути. Паренёк на миг замер — и я спустил курок. Фигурка дёрнулась и упала навзничь. — Покойся с миром, — пробормотал я и принялся перезаряжать оружие. На душе было гадко и тошно — но сейчас было не время для этого. Сейчас нужно держать себя в руках. Грянул залп из фузей, и передний ряд мертвяков, успевших выбраться изо рва, лёг. Ров продолжал заполняться. Я перезарядил штуцер и снова поднял оружие. Выстрел — готов. Ещё один. Готов. Перезарядка. Ещё один. Выхватывая из толпы все новые и новые цели, вглядываясь в отвратительные перекошенные рожи, я будто пытался изгнать из памяти образ того мальчонки — и никак не выходило. Поэтому я просто продолжал. Стрелять было легко — мишеней хватало, промахнуться на такой дистанции из штуцера мудрено. Вот только мертвяков от этого меньше не становилось. — Барин! Позвольте мне! — послышался крик Кузьмы. Я покосился на кузнеца. Он выставил свою телегу так, чтобы, по его разумению, ему было удобно метать горшки на головы мертвякам и сейчас только ждал команду. А чего терять-то? Пусть пробует. — Давай! Скрип. Лязг. Канат загудел, рычаг крякнул — и в воздух, кувыркаясь, кометой взлетел горящий горшок. Он прочертил рыжую дугу над частоколом, перемахнул через ров, через вал — и грохнулся в гущу орды. Глина разлетелась, жидкое пламя расплескалось, облепило несколько фигур разом, и те заметались, расталкивая соседних, поджигая всё, до чего дотягивались. По орде пошла волна — мертвяки шарахались от горящих, напирали на тех, кто шёл впереди, давили друг друга… Хорошо! — Попал? — заорал Кузьма снизу. — Барин, попал? — Попасть-то попал! А целился куда? — В ров! — В ров не попал. Но так даже лучше вышло. Давай на пару саженей левее и ещё разок! Скрип, лязг — второй горшок ушёл в небо. Этот лёг ближе к цели, разбился у самого края рва, и огонь потёк по склону, поджигая тех, кто карабкался наверх. Мертвяки посыпались обратно, корчась и дёргаясь. Кто-то из них, горящий, шатаясь, побрёл обратно в толпу, и вокруг него тут же образовалась давка — соседние мертвяки пытались обойти, напирали, спотыкались, вспыхивали сами… |