Книга Детектив на осень, страница 81 – Татьяна Устинова, Галина Владимировна Романова, Людмила Мартова, и др.

— Несносный ты мальчишка! Нет, я не хочу быть твоей мамой! Зачем ты так кричишь? — шипела она на меня.

Когда мы пришли в Люксембургский сад, было уже темно.

— Ну что, хочешь поиграть с корабликами? — спросила она. — Давай успокойся! Поиграй с корабликами.

— У вас развязаны шнурки на туфлях, — сказал я.

— Ах да, какая нелепица! Так завяжи их мне, не ходить же мне так весь вечер! — рассмеялась она и села на бордюр пруда.

Я сел и завязал ей шнурки на туфлях. В глазах до сих пор были слезы. Но я перекинул один шнурок на другой, потом сделал петельку, потом завязал шнурки. Она качалась.

— Твоя мама — настоящая дрянь! — прошептала она.

— Нет, моя мама хорошая! — закричал я и толкнул ее в пруд.

Мадемуазель качнулась и упала. В пруду было неглубоко, но она упала и никак не могла встать. Она била руками по воде, а потом затихла. Я был рад, потому что она больше не ругала маму. Она больше не встала из пруда. Наверное, потому, что я завязал ей шнурки на обеих туфлях в один узелочек. Хорошо, что папа научил меня крепко завязывать шнурки.

На улице царила поистине отвратительная погода: дул сильный ветер и дождь лил стеной. Но ничто из этого не могло испортить настроение Пенелопы Стилсон. Она стояла, держа озябшими руками зонт и кутаясь в куртку, и слушала приветственную речь ректора Нортгрейленского университета.

Она сделала это. Маленькая деревушка на севере, пьяный отец и вечный запах перегара остались в прошлом. Теперь здесь, в университете, который в списках стоял сразу за Гарвардом и Оксфордом, начиналась новая жизнь. Четкая, правильная, расписанная по плану. И первым пунктом в нем значилось: не промокнуть до менингита раньше, чем заселишься в общежитие. Затем нужно будет стать лучшей первогодкой на потоке, заняться внеучебными проектами, привлечь к себе внимание и получить место в столичном полицейском участке. У нее все получится!

Очередной порыв ветра чуть не выбил из ее рук зонт. Пенелопа едва смогла удержать его. Вода полилась на нее и стоящих рядом студентов. Они недовольно загалдели. Заметив наконец, что многие успели промокнуть до нитки, сухощавый старик-ректор решил сжалиться. Он закончил речь и разрешил студентам разойтись по общежитиям.

Пенелопа, увлеченная куда-то толпой девушек, крепко вцепилась в ручку чемодана. Сегодня был последний день заселения в общежитие. Она не привыкла делать что-то в последний момент, но если бы уехала из дома раньше, то могла бы встретить на церемонии отца, который отправился бы ее искать. Сейчас же, когда официальная часть закончилась, ворота университета закроются для посторонних до лета. Номер отца она уже добавила в черный список. Будь мама жива, возможно, смогла бы его образумить, но Пенелопа устала бороться с его губительной привычкой и решила жить сама по себе.

Она дошла до общежития, выполненного в стиле современного хай-тека из стекла и стали, и радостно зашла в теплый холл. Там ее встретила уютная гостиная с большим мраморным камином, светлыми диванчиками на темном паркете и голубыми стенами. Просто, но со вкусом.

— Девушки, не толпитесь! — вещала старушка с длинным носом, видимо комендантша. — Напоминаю вам, что двери общежития у нас закрываются в десять, а ужин проходит в шесть в соседнем здании.