Книга Сама дура виновата, страница 84 – Ашира Хаан

Вот как он это делает? Что в Егоре такого, что рядом с ним я мгновенно самовозгораюсь от самых простых слов? Это та самая харизма и все бы девушки рядом с ним так горели? Или между нами что-то особенное?

— Никогда от тебя не откажусь, такого крышесносного секса больше нигде на свете не найти, — продолжал он шептать, скользя губами по шее и потихоньку буксируя меня в сторону постели. — Придумаем что-нибудь, чтобы встречаться чаще, а то я руки по локоть стер за эту неделю, думая о тебе…

Лучше бы он молчал. Потому что нас, филологов, из розетки не выключишь. И слова мы привыкли разбирать по косточкам в самом неадекватном состоянии — если вы когда-нибудь сдавали экзамен по русскому с дикого бодуна, вы даже в маразме не потеряете эту способность. Дом перестанете находить, трусы забудете, как снимать, родных перестанете узнавать, а вот язык останется с вами навсегда.

Люди и не подозревают, как проговариваются между строк.

Но я пока только слегка напряглась — меня что-то царапнуло, но я еще не поняла что.

Все могло бы быть иначе, если бы Егор не продолжил убаюкивать меня сладкими речами.

Думать, что убаюкивает.

Медленно опуская меня на кровать, он все выше задирал платье, пальцы уже ныряли под тонкую ткань белья, что-то твердое и горячее терлось о бедро…

— Хочу попробовать с тобой все-все… Все самое острое и горячее, Дарина, — Егор с трудом ловил сбитое дыхание, голос срывался, но эта искренность заводила только сильнее. — Связать тебя, отшлепать по сладкой попке, глубоко вытрахать ее, залить воском твой животик — все, о чем я раньше только фантазировал… С тобой воплотить.

— Со мной? — переспросила я сквозь розовое марево, проводя языком по сухим губам.

— С тобой… — мурлыкнул он. — Только ты готова на все эксперименты, которые приходят мне в голову, другой такой нет…

Вот оно.

Вот.

— То есть, я для тебя такой сексуальный тренажер? — мой голос тоже сорвался, но совсем по иной причине. — Ты приезжаешь ко мне, чтобы потрахаться самыми затейливыми способами, да? А все остальное — с кем-то другим.

— Д-дарина… — Егор вскинул голову. Он уже вел влажную дорожку языком от моей шеи к груди и сейчас туман похоти в его глазах не спешил рассеиваться. — Ты… Я… Что — остальное? Кроме тебя у меня в жизни есть только мой блог.

— Это и есть твоя жизнь, — я приподнялась на локтях, мягко отстраняя его. — И ты меня в нее не пускаешь.

Егор помедлил, словно еще надеялся вернуться к своему занятию, но, встретив мой взгляд, перевернулся на спину и длинно выдохнул, глядя в потолок.

— Ты хочешь, чтобы я тебя снимал в роликах? — спросил он у потолка, но я как-то догадалась, что вопрос относится ко мне.

— А если да?

Егор потер пальцами глаз, снова перевернулся на живот и смерил меня очень трезвым и очень неуютным взглядом. Провел ладонью по моему бедру, по животу, сжал пятерней грудь и сказал с какой-то странной, словно сожалеющей интонацией:

— Понимаешь… для девушек с твоей фигурой… — он замялся, но тут же выправился, продолжил бодрым голосом: — Нет, я не говорю, что таких нет в тиктоке, есть! Но это особый сектор, понимаешь? Они снимают или юмор, или что-то тематическое про плюс-сайз. А у меня другая совсем аудитория, к нам приходят посмотреть на красивых людей.

Он осекся и замер, почти сразу осознав, что сказал.