Книга Напиши обо мне роман, страница 117 – Ашира Хаан

И не увидела «Теслы».

Вместо нее стоял огромный джип с невероятного размера колесами и на водительском месте радостно скалился очередной индус.

Не поняла, а где мой личный зеленоглазый гид и переводчик?!

В панике я завертела головой, и тут меня обняли сзади очень горячие руки… которые тут же отдернулись.

— Не бойся, без тебя не уеду, — мурлыкнул мне на ухо насмешливый голос.

Я обернулась — и обалдела.

Роман все же исполнил мою эротическую мечту и вырядился в кандуру — это белое мужское одеяние для мужчин.

Ух ты.

— Тебе идет, — сообщила я, беззастенчиво облапывая его взглядом с головы до ног и обратно.

Фигура у него была что надо — широкие плечи, узкие бедра, плоский живот и длинные ноги. Арабская мода демонстрировала все ее достоинства, почти ничего не скрывая. Есть, есть минусы и у западной культуры...

— Решил сделать тебе приятно, — кивнул он, открывая мне пассажирскую дверь джипа.

— Кстати, такие платья носят без трусов, — уточнила я. — Ты ведь в курсе? И соблюдаешь традиции?

Лишь наглая ухмылка и мгновенно спрятанные за темными очками ярко вспыхнувшие глаза были мне ответом.

По дороге я то и дело косилась на Романа, гадая — есть или нет?

Ну, трусы под тонкой тканью кандуры.

Есть?

Нет?

А, может, он коварно надел узенькие стринги для мальчиков?

Я фыркнула и помотала головой, не ведясь на вопросительный взгляд.

Тяжело, наверное, местным. Понравилась на улице девушка, а ты идешь в такой красоте и без сдерживающих порывы факторов! Неловко демонстрируя, насколько сильно понравилась.

А уж если ориентация чуть-чуть в сторону кривится, то неловкий момент рискует случиться где-нибудь в чисто мужском обществе… Ох, не завидую.

Когда машина вырвалась за пределы футуристичных районов города и прибавила ходу, я наконец спохватилась:

— Ой, а мы куда?

Роман смотрел на меня, подняв брови, секунд десять, наверное.

Это только в книгах «с минуту смотрел» кажется очень коротким сроком. В жизни минута — это дофига. Это не просто адская неловкость, а прямо-таки знак агрессии.

Я даже за десять секунд вся изъерзалась.

— В пустыню, — едва заметно усмехнулся он.

— Ну-у-у-у… — заныла я. — А как же купаться на закате? Последняя ночь же! Я надеялась, ты придумал что-то по-настоящему классное.

— Поверь, этот закат тебя не разочарует.

— Верить на слово фейри, миллионерам и красивым мужчинам — пассивное самоубийство, — поучительным тоном заявила я.

Ох, кажется, почти проговорилась.

Но, к счастью, Роман не обратил внимания на «фейри», отвлекшись на переговоры с водителем. А потом тот врубил музыку, да погромче, и втопил педаль газа.

За пределами городов сквозь свежую поросль небоскребов проглядывало совсем еще недавнее бедуинское прошлое страны. Стоило закончиться асфальту — и вместо сверкающих витрин и роскоши по обеим сторонам от дороги расползлись хибары-развалюхи, построенные на скорую руку из чего попало.

Кочевые народы редко строят на века, им это не нужно. Вот и выглядела страна как сверкающий оазис посреди древней и вечной пустыни.

Не так уж далеко мы отъехали, не больше часа от города, когда посреди буквального ничто и нигде, джип резко свернул с дороги и на полной скорости влетел в пустыню.

Тут-то и стало понятно, зачем нужны такие странные колеса. Джип несся по песку, словно это был привычный асфальт, подпрыгивая на невысоких барханах.