Книга Незавидный холостяк, страница 151 – Ашира Хаан

Но не эти. Ни статус, ни кольцо их не волновали.

Я у одного, самого настойчивого, даже спросила, в чем разница.

Он засмеялся и сказал, что дело в уровне мужчин. Когда те дохленькие и бедные, ничего в жизни не достигли – конечно, они смываются. Вдруг конкурент сильнее и по морде надает?

Но, детка, посмотри, сказал он, сейчас ты зависаешь с хозяевами жизни. С теми, кто не боится полезть в драку за добычу. Разумеется, всем наплевать, что ты замужем.

Если кто-то тебя захочет, он без проблем будет драться за тебя с твоим мужем. С удовольствием. Мы только этого и ждем.

Хочешь?

Я представила себе Кира, который будет драться за меня…

Засмеялась – и на этом закрыла тему.

Собираться на работу с утра было так странно, словно в мое тело и правда вселилась чья-то чужая душа. Я досконально помнила все свои утренние ритуалы: будильник, почистить зубы, душ, кофе с бутербродом, погладить блузку, накраситься, туфли, сумка, ключи, мобильник – и на остановку автобуса. Если он придет вовремя – я окажусь в офисе за десять минут до начала рабочего дня. Если опоздает – в упор. Запасной план – поймать такси и все-таки успеть. Я опаздывала на работу всего раз или два за всю жизнь.

Ритуалы помнила, но все время о них спотыкалась.

Гладить блузку с утра? Зачем тратить столько времени, никто не заметит, что она у пояса помята, а в следующий раз поглажу вечером.

Краситься? Только необходимый минимум: ресницы и губы. Ходить целый день в броне из тональника вредно для кожи.

Туфли? Почему они такие неудобные? Я купила в Питере зверски дорогие, но с такой колодкой, что даже кроксы не переплюнут по удобству.

Духи не разбились, нет. По правилам банка я не имею права ими пользоваться, но эти – мягкие, чувствуются только совсем вплотную к коже. Надеюсь, никто не будет со мной так близко обниматься на работе.

И часы. Мне подарили еще серьги, браслеты и кулоны в этом моем приключении на неделю. Возможно, дорогие. Но я надела часы от Тиффани. Просто на удачу.

Обычный по утрам растворимый кофе меня сейчас не прельщал, так что, выйдя из дома, я направилась не к остановке, а в ближайшую кофейню. И уже оттуда вызвала такси до работы.

Мне очень хотелось вновь поместиться в свою прежнюю жизнь. Настолько, что я даже не задумывалась, зачем мне теперь каждое утро ехать в банк, если я никогда особенно не любила свою работу. Почему бы не придумать что-нибудь поинтереснее?

Но эта мысль не успела развернуться во всю ширь.

Потому что едва я вошла в банк со стаканчиком кофе в руке, как навстречу мне попалась Гюрза. Ой, то есть Марина Вадимовна, конечно.

Она смерила меня с ног до головы пристальным взглядом, особенно задержавшись на стаканчике кофе и туфлях. Ее ноздри затрепетали, и она сморщила нос. Неужели с двух метров в кондиционированном коридоре учуяла духи?

А потом она сказала:

— В мой кабинет зайди, пожалуйста. Прямо сейчас.

Развернулась и, отбивая каблуками ритм боевых барабанов, сама направилась в кабинет. Мне оставалось только семенить следом, ища попутно, куда выкинуть стаканчик.

Кабинет – это громко сказано. Закуток в общем зале, только и уединения, что стеклянные стены и место для стола и стула. Но сев за стол, Гюрза почувствовала себя явно уверенней.

Помолчала несколько секунд, пока я переминалась с ноги на ногу, думая, садиться на стул для посетителей или быстро разберемся, и наконец спросила: