Книга Незавидный холостяк, страница 149 – Ашира Хаан

Но я уже знаю, как он может целовать, каким щедрым может быть в постели, каким огненно-бесстыдным бывает его взгляд. И вряд ли смогу сидеть напротив и с умилением смотреть, как он уплетает мою стряпню. Я буду думать о другом.

До встречи с Кириллом, оставшись с дырой предательства в груди?

Но я уже не смогу вернуться в пустоту своего одиночества. Я уже почувствовала, каково это – по-настоящему интересная жизнь. Дом – работа – дом и сериалы меня больше не устроят.

Еще дальше, до Кости?

Найти себе приличного мужчину, который однажды на мне женится, а потом мы заведем детей и будем летать раз в год в отпуск… ну хотя бы и на Кипр?

Я вошла в квартиру, оставила чемодан в коридоре, прошла прямо в уличных туфлях по светлому деревянному полу на кухню, ткнула кнопку чайника…

Новенькая плита отражала голубые блики его подсветки.

Шкафчики все еще пахли деревом.

Обои цвета кофе изумительно сочетались с холодильником цвета топленого молока.

Шторы, светильники, стулья, скатерть, баночки для специй, даже полотенце, висящее на рейлинге, – кухня выглядела как мечта.

Не удивилась бы, обнаружив в холодильнике запас продуктов.

Уверена, в комнатах тоже все безупречно – и даже постель заправлена новеньким бельем.

Раньше хаос был снаружи, зато внутри я была уверена в своей жизни, в своих принципах, в своей реальности.

Теперь снаружи – мир моей мечты.

Зато внутри все разрушено и еще ничего не построено. И не факт, что хватит денег на ремонт. Особенно если не знать, что именно хочешь построить.

Впервые за неделю я включила телефон. Я очень тщательно следила, чтобы он всегда был заряжен и всегда был со мной. Но не включала его. Не знаю, чего я боялась больше – не увидеть ни одного сообщения или снова увидеть под сотню.

Вместо этого телефон взорвался звонком, который был хуже всех остальных вариантов, вместе взятых.

— Да, мам? – ответила я, зажмурившись изо всех сил и мысленно стучась головой о стену.

Я забы-ы-ы-ы-ыла! Забыла ее предупредить!

— Ты жива? – ахнула мама. – Ну слава богу! Пороть тебя мало! Немедленно позвони Андрею!

— Зачем-м-м-м?.. – простонала я, не зная, какими словами извиняться за свое поведение и поэтому не извиняясь никакими. Все равно уже поздно.

— Затем, что мы уже в розыск тебя объявили!

Уй, блин…

— Мам! Мам! Какой розыск, ты чего! – перепугалась я. – Правда, что ли? Срочно отменяй все! Я просто в отпуске, ну я же… – Хотела сказать, что предупреждала, но прикусила язык. Исправилась: – …всегда очень осторожна, ты знаешь!

— Вот именно! Всегда осторожна – и вдруг пропала! Позвони брату, это он в полицию должен был идти! А с тобой мы еще поговорим!

Если бы я была собакой, я бы сейчас поджала хвост аж к животу.

Разозлить маму было моим самым ужасным кошмаром все детство. Даже не знаю, почему я этого так боялась, если ни разу до сих пор не разозлила.

Андрей – да. Но и ему попадало только на словах, даже не наказывали толком. Но почему тогда у меня такое ощущение, что это конец света?

Если он и правда поехал в полицию, то надо его остановить!

— Ты где? – спросила я Андрея, когда он отозвался в трубке.

И тут же прозвенел звонок в квартире.

— Открывай, – буркнул брат, и я метнулась в коридор.

Он не стал заходить. Просто воздвигся на пороге, сложил руки на груди и мрачно смотрел на меня.