Онлайн книга «Незавидный холостяк»
|
В спальне были закрыты жалюзи и царил полумрак, зато в гостиной вовсю сияло солнце. В ванной из окна рядом с джакузи открывался потрясающий вид на город с высоты. В гардеробной я щелкнула выключателем, и лампа осветила мягким желтым светом вешалки с рубашками Кира, полки со сложенными разноцветными джинсами, аккуратно развешанные брюки, свитера, переложенные саше с лавандой, и отдельный шкаф с костюмами. В ящиках было разложено белье и носки. В высоком стеллаже расставлены ботинки, кроссовки, мокасины и даже сандалии. Он, кажется, любил светлые оттенки и пастельные цвета. Настолько, что у него не было ни одного черного костюма: только голубые, белые, песочные, светло-серые, даже один шоколадный – а черных нет. Что он будет делать, если придется идти на похороны. В гостиной я тоже похлопала дверцами шкафов и холодильника, не запомнив, что там прячется, вернулась в спальню и открыла свой чемодан. Но разбирать не стала – снова ушла в ванную, включила воду в джакузи… и опять пошла обходить номер по кругу. Сколько женщин спало на этой широкой кровати? Сколько – не спало, а стонало под ним? К черту предрассудки, что я, Кирилла не знаю? Тут не только кровать участвовала! Сколько их стонало на этих бархатных диванах в гостиной, в этих креслах, сколько кричало на этом столе, пока он вбивался в них бедрами? Десятки? Сотни? Тысячи? Скольких он ласкал, прижав к себе в джакузи? Сколько раз из ванной выходила в халате очередная брюнетка, блондинка, рыжая, лысая, седая? С безупречной фигурой, с пухлой попой, анорексичная, с лишним весом, с увядшей кожей? Кир же справедлив и любит всех женщин одинаково. С чего я взяла, что я должна быть для него особенной? Только потому, что сдуру влюбилась? В ветер. Нельзя влюбляться в ветер. Он, может, и не прочь быть рядом, но только до тех пор, пока не позовут другие города. Он даже готов исполнять любые желания. Но не его вина, что он забывает обо всем там, в небесах… Я попалась в безупречную ловушку – меня никто не хотел ловить, я сама не планировала привязываться к такому человеку, но противиться его обаянию было совершенно невозможно. Как невозможно и сбежать. Или удержаться в рамках «просто дружбы». Или «просто секса». Или даже «просто формального брака без обязательной верности и любви до гроба». И я снова отправилась бродить кругами по номеру – спальня, ванная, гардеробная, гостиная, спальня, ванная… Уже некоторое время меня что-то беспокоило на самом краю сознания. Как жужжащий комар ночью над ухом. Очень маленький писклявый комар… Черт, это же мой телефон! Он затерялся в глубинах сумки и, судя по количеству пропущенных и проценту батареи, уже отчаялся меня дозваться. Заряд кончился ровно в тот момент, когда я взяла в руки – экран выключился, и телефон упал в обморок с чувством выполненного долга. Пришлось ворошить чемодан в поисках зарядки. Но стоило восстающему из мертвых телефону пискнуть, включаясь, как снова раздался звонок. Едва набранный процент заряда мгновенно истратился на вибрацию, и телефон умер опять. — Да блин! Я чуть не швырнула его в стену, но удержалась и только положила тихонько рядом с собой и закрыла лицо руками. Следующая попытка зарядиться оказалась удачней, и мы с телефоном ответили на звонок, уже немножко собравшись с силами. |