Книга Маруся и близнецы, страница 4 – Ашира Хаан

А вот необходимость как-то сосуществовать в одном пространстве — была.

Ох, чего только не придумывали двое шальных близнецов, чтобы выбесить свою великовозрастную подружку! У нее почти не было шансов против них.

Но Маруся без колебаний использовала запрещенный прием «пожаловаться родителям».

Когда мама близнецов и папа Маруськи поженились, и они стали сводными — ситуация накалилась до предела и вялая партизанская война перешла в открытое противостояние.

Как и всех близнецов, Макара с Никитой постоянно путали.

Они не давали людям шанса присмотреться и разобраться — вертлявые и шустрые, вечно в процессе подготовки шалостей, воплощения или получения наказания за них — они редко когда стояли смирно достаточно долго, чтобы дать шанс увидеть разницу.

Когда сначала перед тобой два раскрашенных индейца, потом два пирата в черных повязках через глаз, а дальше — облепленные переводными тату хиппари, рокеры в десяти килограммах железа, панки в рванье, просветленные йоги, загорелые дочерна и изрисованные хной, понимаешь только одно — они оба сумасшедшие!

И хорошо бы держаться подальше.

Различали их только мама с папой, Герман — отец Маруси.

И сама Маруся.

Для нее они всегда были настолько разные, что концепцию схожести близнецов она поняла только годам к пятнадцати.

Макар — эмоциональный и хитрый, более изобретательный, чем брат. У него даже волосы всегда ложились мягкими волнами, а взгляд, казалось, был направлен внутрь себя.

Никита — прямой и резкий, всегда предпочитал простые решения, жесткие волосы стояли торчком, а серо-синие глаза смотрели холодно и равнодушно.

А еще он старше на десять минут.

И все время объясняет брату, что за это время успел набраться ума побольше, чем у него.

Макар легко завел машину во двор, припарковав рядом с низким спорткаром, который им однажды на время подогнала мама, да так и забыла забрать. Никита пошел закрывать ворота, но остановился, глядя на Марусю, которая все еще обдумывала мысль свалить отсюда подобру-поздорову. Можно, в конце концов, местное такси до станции вызвать. Заберет «мини», когда мама вернется.

— Ну ты чего не заходишь? — поинтересовался Никита. — Боишься, что ли нас? Да брось, мы все уже выросли, не будем мы тебе воду в постель наливать.

— И перец в зубную пасту сыпать не будем, — добавил Макар, подходя.

— И клей в тушь лить.

— И…

— Придурки! — фыркнула Маруся, тряхнула головой и гордо прошествовала во двор.

За спиной раздался дружный ржач.

Как есть придурки!

Ворота с лязгом захлопнулись, и Марусе стало окончательно некуда бежать.

Да и неудобно.

И стыдно — эти придурки еще решат, что она их правда испугалась.

— Устраивайся, где хочешь, — милостиво разрешил Никита, подхватывая с аккуратно подстриженного газона мяч и резким броском направляя его в сторону брата. — Мы как всегда в мансарде, остальной дом в твоем распоряжении.

Макар мяч поймал, не глядя, прокрутил его на кончиках пальцев и запулил куда-то в кусты малины. Маруся мстительно представила, как он исцарапается, когда будет его доставать.

Когда дом только построили, и родители объявили, что близнецы будут жить на чердаке, Маруся обрадовалась. До тех пор она видела только старые дома, где чердак был пыльным скопищем хлама. Там всегда было темно и скучно, а иногда даже водились крысы.