Книга Вечные Пески. Том 11, страница 58 – Лео Сухов

К этому моменту мы оба вскочили со своих мест, нависнув над столом, и уставились друг на друга.

— Ты ответишь за свои слова!.. — предупредил Гаравантис, и жилка на его виске опасно запульсировала.

— Ты сначала доживи до времени, когда меня к ответу сможешь призвать! — ответил я, выразительно кивнув на эту самую жилку. — Оборонять он Житное собрался… Ты просто желаешь выполнить приказ чужими руками, заплатив за него жизнями людей!

— Ничего подобного!.. — проревел Гаравантис, будто гнур во время гона.

— Если обосрался, сам за это и отвечай! — широко улыбнулся я. — Нечего тебе, регой, ездить на чужих плечах. А у меня приказ либо идти на соединение с основными силами, либо уходить за реку. И этот приказ я собираюсь выполнить.

— А у меня приказ держать Житное… — хмуро бросил со своего места Теренитис.

— Ну хотя бы не держи всю стену, у тебя для этого сил не хватит… — буркнул я, двинувшись на выход. — Мой отряд уходит в сторону основных сил. А вы поступайте, как знаете. Если вас здесь всех перебьют, будет не так жалко, чем если перебьют семьдесят тысяч человек на востоке.

Меоли и Ситранис, замолчавшие, ещё когда я вновь заговорил, тоже встали и двинулись за мной.

— Совет Семей узнает, что ты бросил людей перед лицом демонов! — прорычал Гаравантис мне в спину.

— Как бросил и ты, регой! — отозвался я от двери, после чего открыл её и буркнул себе под нос: — Как и ты…

Увы, но я практически точно знал: Совет Семей не будет разбирать этот вопрос. Покидая Житное, я обрекал всех, кто оставался его защищать, на смерть. Это было неизбежно, как приход зимы, как закат солнца, как ночной холод в пустыне. Остатки сил, с моими людьми или без них, не смогли бы защитить Житное. Городок просто не был рассчитан на подобные ночные штурмы.

Однако даже если регой каким-то чудом выживет и пожалуется в Совет Семей… Ну что же, аристократам придётся иметь дело с Советом Шептунов. А это не одинокий наёмник, и даже не Гильдия Наёмников. Это сила, с которой всем приходится считаться.

И нет, я ни капли не жалел о том, что высказал в лицо Гаравантису. Надоели. Надоело чванство. Надоел снобизм. Надоела уверенность аристократии, что им можно всё, и ничего им за это не будет.

Мне надоели трусость, интриги, подковёрная грызня всех со всеми. Я просто хотел убивать демонов, а не петлять между враждующими родами и их попытками тянуть одеяло на себя.

Мне на за что было любить Эрегихона. Он пытался меня убить, встревал в дела, но… Эрегихон хотя бы пытался что-то делать и просчитывать. В то время как большинство представителей старших семей лишь надували щёки и делали важный вид. Но при этом ничего из себя не представляли.

На их фоне Эрегихон вызывал неподдельное уважение. Хоть, конечно, и был придурком.

— Неправильно, что такие, как Гаравантис, что-то решают, — заметил я, шагая с Меоли и Ситранисом по пустым коридорам городской управы. — Я бы ему и телеги с зерном не доверил.

— Он, кстати, не самый глупый командир! — заметила на ходу Меоли.

— Самый глупый ходил с нами на север? — с сарказмом уточнил я.

— И он тоже наверняка не был самым глупым! — усмехнулся Ситранис.

— Ишер, люди таковы… — примирительно заметила Меоли.

— Это не люди таковы, — отрезал я. — Это мир нынче так устроен, что на вершине сидит подобная плесень. Она ведь только и может, что на других паразитировать, пока всё подчистую, вместе с ней самой, не сгниёт. И такой мир, знаете ли, мне не нравится.