Книга Год 1994-й. Крах Гегемона, страница 11 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— И так же наши коммунисты, — усмехнулся товарищ Бесоев, — отринув веру в Бога, они поставили на опустевшее место бородатых классиков, даже внешне похожих на изображения первого лица Троицы, и именно поэтому положения классического марксизма окаменели в их умах со скоростью быстротвердеющего бетона.

— А еще, — сказала товарищ Антонова, — марксизм наши борцы за свободу рабочего класса заимствовали как раз из Европы, и как раз вместе с ним пришла та самая безумная страсть к человеческим жертвоприношениям во имя Светлого Будущего и Мировой Революции. Стреляли из наганов как бывшего царя с царицей и детьми, генералов и адмиралов почившего царского режима, так и вполне себе рядовых обывателей и офицеров, которые, впрочем, тоже считались «буржуями».

— Знаем, плавали, — хмыкнул я, — только должен заметить, что еще сильнее марксистов к практике кровавых жертвоприношений во имя Революции тяготели эсеры и их предшественники народники. Вот кому море людской крови было по колено. Но там, если вспомнить, кто именно стоял у истоков этого движения, страсть к сакральным жертвам идет прямо от Моисея, без отскока от Европы.

— Ну, вот и поговорили в узком семейном кругу пришельцев из будущих времен, — подвела итог обмена мнениями товарищ Антонова. — Поднимать такие темы в присутствии товарищей основоположников, да и любой инкарнации товарища Сталина, нежелательно и просто немыслимо. У них из-за нашего влияния и так уже мозги закипают, а тут еще и такая, прямо сказать, неоднозначная информация.

— И какие же практические выводы надо сделать из столь интересного разговора? — с легким сарказмом спросил генерал Гордеев. — Я человек простой и конкретный: поставьте предо мной задачу, как в Давосе — и все будет выполнено в точности и полном объеме.

— Сейчас мы определяли граничные условия при постановке задачи, — терпеливо пояснил я, — и получается, что в предшествующих мирах из-за недостатка опыта, дефицита сил и отсутствия опоры под ногами мы фатально не дорабатывали с воздействием. Все было сделано правильно только в мире имени вашего внука и императрицы Ольги Владимировны, где мы к чертям собачьи снесли местные американские государства, отдав территорию с населением под патронат Советского Союза и Российской империи. Однако возвращаться к пройденному материалу для того, чтобы все переделать, даже в девяносто второй год, я не считаю возможным. Во-первых, мы в этом банально увязнем на неопределенное время, во-вторых, стоит начать брать обратно свое слово из сколь угодно благих побуждений, как тут же перед нами неизбежно нарисуется выстланная ими дорога в адскую бездну. Просто к перевоспитанию моих американских вассалов надо будет подходить с особым тщанием, примерно так же, как Европу перевоспитывали император Михаил в мире моей супруги и товарищ Сталин в вашем мире Великой Отечественной Войны. Американцы — это вторая производная от европейского контингента, значит, с ними тоже все должно получиться.

— Кстати, Сергей Сергеевич, — сказала товарищ Антонова. — Кайзер Вильгельм, ни на нашей, ни на вашей памяти, страстью к безумному жертвоприносительству не страдал. Все подобные позывы исходили от квазидемократической Британии и демократической Франции, в четырнадцатом году бросивших Сербию на алтарь войны за ограничение германского влияния, а в тридцать восьмом в целях борьбы с мировым коммунизмом скормивших Гитлеру Чехию и Польшу.