Онлайн книга «Год 1991-й. Беловежская Голгофа»
|
— Так и есть! Я твой папа! — торжественно возвестил он. — Папа! Я с изумлением смотрела, как ребенок бросился на шею моему мужу. А он, вот чудеса, был как будто искренне рад. Он поднял девочку на руки, подбросил ее пару раз, а потом поставил рядом с собой. — Ну что, Екатерина… — сказал он. — Прошу вас войти. — И чуть тише добавил, серьезно глядя мне в глаза: — Думаю, нам предстоит серьезный разговор… Я лишь молча кивнула, ибо никакие слова не приходили мне в голову. Я была совершенно ошарашена, и лишь дивилась тем чувствам, что вызывает во мне много лет назад покинутый муж. Да в такого можно влюбиться! Прежде я стеснялась его, такого черного, носатого. Мы представляли слишком разительный контраст, в то время как ко мне проявляли внимание блистательные и красивые мужчины. Муж раздражал меня, хотя я никогда не насмехалась над ним, хорошо понимая и ценя благородство его души. И вот теперь я вижу его таким… таким другим! В чем же дело? Или это я была столь слепа? В состоянии такого замешательства я, вслед за Петром и дочкой, и вошла в этот дом, который изнутри оказался повеселее, чем снаружи. Здесь висели картины, окна украшали богатые портьеры, на резных сервантах стояли канделябры и статуэтки. Света здесь было маловато, но это отчасти компенсировали светлые обои. В конце довольно просторного коридора я увидела широкую лестницу. И… вдруг я осознала, что на всем убранстве этого дома лежит женская рука. И не просто горничной, а именно хозяйки. Это было очевидно. И отчего-то сжалось сердце какой-то горечью, сожалением — показалось вдруг, что все в моей жизни было неправильно, что шла я по ложному пути, а настоящее — вот оно: домашний уют, тепло в родном очаге и мужчина, что держит за руку ребенка и рассказывает что-то веселое… — Папа, а собака у тебя есть? — А как же, есть, конечно! — Ой, как я люблю собачек! Ты же мне покажешь? Мои щеки вдруг стали мокрыми. Что это с мной? Вот черт! Отчего это я плачу? Нет, нельзя! Ничего уже не вернуть. В этом доме есть хозяйка. Да, я законная жена, меня вернули мужу, но любовь достанется не мне… Любовь! Бросив нелюбимого, я всю жизнь искала именно ее. Но каждый раз убеждалась, что нет никакой любви, всё выдумки для наивных барышень. Мужчины расчетливы и эгоистичны, и я научилась у них этому. Я стала такой же, как они, я поступала с ними так, как они поступают с женщинами. Я презирала их, зная, что я умнее. Каждая победа над мужчиной еще больше укрепляла чувство превосходства над «сильной» половиной человечества. Мне казалось, хорошо быть женщиной, еще и красивой, имея ум мужчины. Да, это было хорошо. Можно сказать, я наслаждалась жизнью. Но иногда, очень редко, находила на меня непонятная тоска, которой я боялась и всячески старалась отогнать, так как углубляться в нее значило сходить с ума. Я заботливо взращивала и потом тщательно укрепляла в себе то убеждение, что я — особенная, украшение этого мира, и мое призвание — быть предметом восхищения. Крутить мужчинами как вздумается — это настоящее искусство, которым я овладела в совершенстве. Я стала столь уверена в себе, что даже старость меня не страшила. Я рассуждала так: стареть страшно, если жизнь твоя прошла скучно и уныло. А уж мне будет что вспомнить, когда я стану ветхой старушкой! И ни о чем не пожалею. Ни о чем! |