Онлайн книга «Год 1985. Ваше слово, товарищ Романов»
|
Некоторое время я снова не могла произнести ни слова. Колыхались на окне занавески, и ночной влажный ветерок нес в комнату дивные запахи, и мне почудились в них такие таинственно-волнующие нотки, что сердце мое сжал какой-то блаженный страх, точно перед прыжком в пропасть. Да, Белочка — это одно из моих Я. Но как легко об этом забыть… И если раньше это Я было дурашливое и проказливое — такое, какой я не могла позволить себе быть — то теперь оно поумнело и повзрослело. И сердце мое колотилось, и все вдруг неуловимо изменилось вокруг, и казалось не таким, как прежде. Как чудно! Влюбилась… В кого⁈ Ах, ну да… Как глупо… Как странно… Этого не должно было случиться! Он женат! Он вообще не тот, кто мне нужен! Ах, да при чем тут «нужен»… Разве мы всегда влюбляемся в тех, кто «нужен»? Мысли всполошенной говорливой стаей метались в моей бедной голове, и я сжала виски, словно пытаясь удержать их сумасшедший щебет. — Ты вот что, — успокаивающим тоном сказала кукла, похлопывая меня по ноге. — Ты ложись спать — утро вечера мудренее. А завтра твои мысли уже будут гораздо стройнее. Но помни: в любви нет ничего постыдного… любовь делает нас лучше — добрее, мудрее, сильнее. Твои же слова — помнишь?* Поэтому не пугайся. Лично от себя добавлю: любовь — это одновременно и приключение, и школа души, которую нельзя прогуливать… Мои глаза начали слипаться. Белочка что-то еще бормотала — а может, мне лишь казалось, что это она, а ее на самом деле уже и не было в комнате… Я перебралась на кровать и моментально уснула. Примечание авторов:* Белочка напоминает Анне Сергеевне о том, как она объясняла Асе-Матильде, что такое любовь. (Описано в конце первого тома) 8 апреля 1985 года, 14:25 мск, околоземное космическое пространство , линкор планетарного подавления «Неумолимый», императорские апартаменты Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической Империи Судный день для прогнившей западной цивилизации продолжается уже третьи сутки. Советские танковые клинья рвут на части тело Западной Европы, и над головами танкистов и мотострелков неизменно парят неутомимые краснозвездные «Шершни», расчищая дорогу от вражеских засад, в то время как «Каракурты» пресекают выдвижение уцелевших в предыдущие дни частей противника на купирование прорывов. Для маршала Покрышкина и генерала Бережного вражеские войска видны как на ладони, так что американцев и их натовских сателлитов бьют в самые неудобные для них моменты — на марше или на этапе выхода из пункта дислокации. Еще в первую ночь мои «Каракурты» нанесли удары по центрам управления и связи, ликвидировали централизованное управление, из-за чего американские, британские, голландские, бельгийские и западногерманские войска превратились в неуправляемое стадо безголовых кур. Особого внимания удостоился расположенный в районе Штутгарта военный лагерь Панцер-Кайзерне. Помимо прочего, там находилось американское командование специальных операций на европейском ТВД, а также подчиненные ему воздушно-десантные и военно-морские подразделения спецназа — а это, кроме психологической войны, террора и диверсий в советском тылу, еще и специальные ранцевые атомные фугасы мощностью до килотонны. Поэтому простерилизовали местность плазменными зарядами на десять метров вглубь, с той же тщательностью, что и позиции «Першингов» и «Томагавков», так что никто не успел разбежаться — и выдохнули с облегчением, что теперь некому делать советским войскам атомные гадости. |