Онлайн книга «Пятый подвиг Геракла»
|
— Нет, Дмитрий Леонидович, — сказал я, — работа вам предстоит строго по специальности — начальником казенных железных дорог страны, на карте этого мира занимающей восточную часть Североамериканских Соединенных Штатов. Когда там властвовал демон, он наложил свою лапу на умы всего взрослого белого мужского населения той страны, а потому после его смерти оно тоже стало недееспособно все и сразу, включая железнодорожный персонал. Недостающих специалистов мне на выкуп оптом предлагают в мире начала сороковых годов, где сейчас идет Вторая Великая Война, и неблагонадежное население завоеванных стран в больших количествах насмерть морят голодом в концентрационных лагерях, примерно так же, как англичане в своё время морили буров. Вашей задачей будет отсортировать из общей массы нужных людей, расставить их по местам и запустить движение — сначала чисто товарное, а потом и пассажирское. И дальше больше: в дальнейшем вам предстоит усовершенствовать эти железные дороги таким образом, чтобы они соответствовали запросам самого отдалённого развитого будущего. И времени у вас для этого будет больше, чем достаточно, потому что у меня на службе, при условии добросовестного исполнения своих обязанностей, вы позабудете, сколько вам стукнуло лет, шестьдесят или шестьсот, потому что все время будете ощущать себя сорокалетним мужчиной в самом расцвете сил. — Ну хорошо, господин Серегин, — сказал генерал Хорват, проведя рукой по лицу, — звучит настолько завлекательно, что просто нет слов. При этом должен сказать, что вы говорите невероятные вещи, а я вам все равно верю, и сам не знаю почему. Давайте сюда контракт, и я распишусь в нём своей кровью. — По нашу сторону добра и зла роспись кровью не практикуется, — сухо сказал я. — Тут принято придерживаться устных соглашений и верить на слово до первого же обмана, после которого виновный сразу улетает в глубины ада. Ну что, Дмитрий Леонидович, вы не переменили своего мнения? — Нет, не переменил, — ответил мой собеседник. — Только есть одна просьба. Там, откуда вы меня изъяли, у меня остались супруга и дети… Нельзя ли и их тоже сюда? — Бери, Серегин, — прошептала мне в ухо энергооболочка, — супруга у этого прохиндея — знатная благотворительница и даже пианистка, и дети тоже ничего — три сына и три дочери от восемнадцати до двенадцати лет, сгодятся на что-нибудь при твоем кадровом голоде. — Я вас понял, — сказал я, — уже завтра утром вы встретитесь со своей семьей. А сейчас для вас все пройдет порядком, обычным для таких случаев: посещение госпиталя на предмет детального обследования вашего здоровья, исповедь у священника и встреча с магом-исследователем, который выяснит, нет ли у вас каких-либо особенных талантов — уж больно вы удачливы в делах. А теперь вперёд, раз-два. Мир Мизогинистов, 4 июля 2020 года, полдень, бывшее Царство Света, женский репродукционный лагерь в Шантильи (35 км к западу от Шайнин-Сити), барак для племенных маток Мамаша Молли, 30 полных лет от роду, восьмой месяц беременности, инициированный маг жизни, активистка и почти комсомолка Мамаше Молли снился один очень долгий сон. Иногда она пробуждалась, в каком-то наполовину осознанном состоянии ела, справляла свои потребности, и снова погружалась в ванну, чтобы смотреть свой увлекательный сон дальше. В этом сне к ней приходили знания. Они заполняли в её сущности предназначенное им место, укладываясь там ровно и плотно, как кирпичная кладка. Кирпичик за кирпичиком — сведения, навыки, идеи — все это вырастало в красивую и крепкую высокую башню. И когда верхушка этого сооружения была увенчана последним элементом, она открыла глаза и поняла: её пребывание среди целительных искр закончено. Она проснулась окончательно, и дремотное состояние ушло без следа; бодрость наполняла её тело, жажда деятельности звала её к свершениям. Она вытянула перед собой руки — и обомлела: это были белые, изящные руки молодой девушки. Куда делись опухшие запястья, сухая шелушащаяся кожа, криво обломанные ногти? Молли тихонько засмеялась — и смех её разлетелся тихим эхом под сводами пещеры. Она взглянула на своё тело, подсвеченное каким-то неизвестным источником (а может быть, это светилась сама вода?). Стройные гладкие ноги, округлые бедра, кожа без бугров, без пятен, без малейшего изъяна… И круглый животик, облепленный голубыми огоньками, то гаснущими, то вспыхивающими вновь. Ребёнок! Ему там хорошо. Его любят. И он любит свою мамочку, которая уже никому его не отдаст… Молли нежно погладила животик — и малыш тотчас ответил радостными кувырками — ему пока хватало места, чтобы активно шевелиться. |