Онлайн книга «Год 1941 Священная война»
|
мотопехотного полка «Дойчлянд[15]». Эти «истинные арийцы», на которых так молился Гитлер, обращаясь в вонючий дым, даже испугаться не успели, тем более что большинство из них даже не увидели предназначенной им огненной смерти. И сразу же в полосе удара на сотню метров по обе стороны от дороги вспыхнул яростный лесной пожар. Целью следующего захода, уже с юга на север, стал хвост колонны, состоящий из тыловых подразделений, саперного батальона, зенитного дивизиона и двух дивизионов артиллерийского полка. К тому времени дивизия «Дас Райх» уже прекратила движение, и солдаты, выпрыгнув из остановившихся машин, стали разбегаться по обе стороны от дороги, чтобы залечь там как при обычном воздушном налете. Но это их не спасло. От неистового жара лес вспыхивал как сухая солома, и белокурые бестии, даже не попав под прямой удар, сгорали заживо. Еще два захода «Каракурта», и с дивизией «Дас Райх» было покончено. Выжить смогли только отдельные пугливые личности из середины колонны, которые бежали вглубь леса, не останавливаясь, а потому отделались только сильным испугом и подпаленными волосами. А потом с небес, почерневших от грозовых туч, водяной стеной хлынул проливной дождь, потушив лесной пожар, но кремированным дотла покойникам это было уже без разницы. Восемьсот восьмой день в мире Содома. Вечер. Заброшенный город в Высоком Лесу, Башня Силы Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский И теперь, когда хляби небесные наконец разверзлись, 39-й мотокорпус немцев сначала получил удар по рукам «Шершнями», разрушившими мосты и переправы и «причесавшими» передовые части, а потом встал из-за резкого ухудшения погодных условий. Почвы в том районе суглинистые, воду впитывают крайне неохотно, а потому на грунтовых дорогах после трех часов проливного дождя, уже третий-четвертый танк садится в жидкую грязь по самое днище. О грузовиках, даже полноприводных, после того как дорогу разбили танки, говорить вовсе не приходится. Если таким образом влипла моторизованная пехота, то она должна вылезать из кузова, взваливать на себя весь походный хабар и идти ножками, а вот артиллерия (в том числе противотанковая) и обоз увязли окончательно и бесповоротно. Лишь пехотные дивизии, стремясь догнать убежавшие вперед подвижные соединения, продолжают движение во вражеских тылах, пусть и замедлив темп. Сейчас они примерно в ста километрах от Днепра. В Основном Потоке они вышли на этот рубеж десятого-двенадцатого числа, а тут, в связи с ухудшением погодных условий, это случится на пять-семь дней позже. В грязи вязнут не только танки и автомобили, но и артиллерийские упряжки и повозки на конной тяге, да так, что пехоте приходится помогать лошадкам, наваливаясь на «раз-два, взяли». Русскому солдату такая работа привычна, ничего иного он от войны не ждет, а для германцев такой опыт пока в новинку. Помимо всего прочего, раскрученный Анастасией суперциклон прижал к земле германскую авиацию. Мальчики Геринга наотрез отказываются подниматься в воздух, когда нижняя кромка облачности висит на высоте не более пятисот метров, дует сильный порывистый ветер, непрерывно идет дождь, а горизонтальная видимость у земли не превышает километра. В свою очередь, германские сухопутные войска за два года войны привыкли к вездесущей поддержке люфтваффе, и при ее отсутствии отказываются наступать категорически. Зря я беспокоился по поводу того, что немецкие генералы закусят удила. Это не в их стиле. Зато у Красной Армии авиация пока отсутствует напрочь, а мои «Шершни», «Каракурт» и штурмоносец- машины всепогодные, игнорирующие порывистый ветер, низкую облачность и ливневые осадки. |