Книга Год 1914-й. Время прозрения, страница 144 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Так вы, господин Серегин, считаете, что сохранение национальных особенностей отдельных меньшинств является благом для страны? - спросил принц Борис.

— Что касается народа, то, это так, - ответил Артанский князь, - а вот монарх, если он пришел со стороны, должен суметь принять форму того народа, которым его поставили править. Правитель Болгарии должен думать как болгарин, а правитель Сербии - как серб. Ваш отец владеет этим искусством в самой минимальной степени, и как раз потому возникла нужда в его замене.

— Я это знаю, господин Серегин, - вздохнул Борис. - Именно по этой причине отец втравил Болгарию в межсоюзническую войну и готов снова послать наших солдат в бой на неправой стороне. Вы все знаете, что германский заем был одобрен Народным Собранием еще в июле, а несколько дней назад, втайне от болгарского народа, полковник Петр Ганчев от имени царя Фердинанда подписал секретную германо-австро-болгарскую военную конвенцию, требующую от Болгарии в самые кратчайшие сроки напасть на Сербию.

— Все верно, - сказал военный министр генерал-лейтенант Климент Бояджиев, - неожиданным подписанием этого соглашения военное министерство было поставлено перед фактом. Ведь только подумать: с германской стороны подпись поставил новоназначенный начальник генерального штаба Эрих фон Фалькенхайн, с австрийской - начальник генерального штаба Франц Конрад фон Хётцендорф, от Болгарии же расписался какой-то полковник Петр Ганчев, по совместительству личный клеврет царя Фердинанда.

— Наш народ не простит нам, если Болгария вступит в войну на неправедной стороне, - сказал принц Борис, - и если мы можем это предотвратить, то должны действовать решительно. Ведь сейчас, когда и кредитное, и военное соглашения уже подписаны, Берлин и Вена в случае колебаний моего отца могут начать шантажировать его полным опубликованием условий этих, с позволения сказать, кабальных документов. А в таком случае взвоют даже наши дорогие либералы, и мой отец - ба-бах, фью-ить! - мгновенно будет детронизирован и улетит с трона, будто из пушки на Луну, как в романе старика Жюля Верна.

-Должен предупредить, - с мрачным видом сказал Артанский князь, - что в том случае, если события будут развиваться по самому неблагоприятному сценарию, я тоже позабуду о всякой сдержанности. Я прекрасно умею устраивать небольшие локальные акции тотального возмездия, в которых гибнут или попадают в плен главные виновники творящихся безобразий, после чего ни в чем не запятнанные наследники подписывают почетную капитуляцию. Уж лучше царю Фердинанду улететь с трона из пушки прямо в Кобург, чем полной мерой получить из моих рук кару за развязывание двух братоубийственных сербо-болгарских войн.

Ночь прошла, и в Софии наступило утро, начавшееся весьма томно, с топота тысяч солдатских сапог.

Die erste Kolonne marschiert, die zweite Kolonne marschiert^[22]. Это Софийский и Тырновский полки оцепляли центр города. Преданные лично царю офицеры и генералы были арестованы и упрятаны на гауптвахту, а во главе колонны Софийского полка с обнаженной саблей в руке к царскому дворцу шагал наследный принц Борис, а рядом с ним спокойно и сосредоточенно шли Артанский князь Серегин, сербский король Петр Каражоржевич и русский император Николай Романов. Сразу после смены власти вместе с новым болгарским царем они подпишут договор о создании Второго Балканского Союза, в котором потенциальная добыча заблаговременно разделена между договаривающимися сторонами.