Книга Храм Вечного Огня, страница 115 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

В то же время доспехи из комплекта штурмоносца с легкость останавливали стрелы, выпущенные из рычажных арбалетов, которыми в первые секунды штурма уцелевшие охранники пытались закидать нападающих. Потом охранники кончились, а штурм продолжился. Вот из пролома внутрь храма стал попадать яркий дневной свет, а снаружи запели на одной басовитой ноте оборонительные турели, прикрывающие нашу операцию от поднятого по тревоге лейб-гвардейского регимента. Хорошо, что мы не видим того, что там сейчас происходит – зрелище, внушающее почтение, но малоаппетитное. Бойня для скота выглядит не в пример аккуратнее.

Резня была страшная, пули вязли в плотной толпе отборных тевтонских элитариев, вместе с Великим магистром и Архипрелатом собравшихся у алтаря прямо в центре помещения под куполом. Убитые просто не успевали упасть или валились на своих соседей, на какое-то время прикрывая их от смерти, но частый треск выстрелов звучал не переставая, и вопли умирающего тевтонского начальства смешивались с глухим заунывным стоном-пением, доносящимся откуда-то из подвальных помещений храма, где приносили в жертву сервов, не удостоенных чести попасть к херру Тойфелю на главный алтарь.

Кровь лилась рекой – вместе с мужчинами, представляющими собой правящую верхушку Тевтонии, тут же гибли их жены и зачастую даже дети, но жалости не было ни на йоту. Возле алтаря штабелем громоздились худые обнаженные обескровленные тела уже мертвых жертвенных «овечек» с выпотрошенными животами и вскрытыми грудными клетками. Толпа тевтонов в парадных черных одеждах, рясах и доспехах таяла как кусок льда, попавший в крутой кипяток. Последних первосвященников, сгрудившихся возле смертельно раненого Архипрелата, амазонки с исступленной яростью добивали штыками, стремясь не повредить хрупким и нежным, как фарфоровые статуэтки, девочкам. Жрецы херра Тойфеля, привыкшие равнодушно резать на алтаре беззащитные жертвы, теперь сами знакомились с острой сталью. Коротким коли – и из спины выглядывает окровавленное острие ножевидного штыка, насквозь пробившего жирное жреческое тело. А силушка теперь у девчонок-амазонок немалая, и штык входит в жреческие туши легко, будто в масло.

Тем временем, пока у алтаря добивали последних жрецов, пулеметные расчеты установили напротив главного-парадного и двух боковых выходов по одной скорострельной машинке мосина на трехногом станке. Но угроза пришла не со двора, где облетающий храм по кругу штурмоносец, должно быть, собирал кровавую жатву своими оборонительными турелями, судя звукам рвущейся базовой струны: «пиу», «пиу», «пиу», «пиу». Через расположенные у боковых выходов лестницы на нижний ярус к нам разом полезла вся обитающая там шваль. Охранники, надсмотрщики, младшие жрецы, которым дозволяется резать только тупых работяг, и прочая подвальная биомасса, которая попыталась кинуться на моих амазоночек, но разом полегла под пулеметными очередями.

Стоило понимать, что все убитые в этом храме (неважно на какой стороне они пребывали при жизни) попадали в охотничий ягдаш херра Тойфеля. Сейчас, когда мы имели полный и беспрепятственный доступ к алтарю, надо было быстро делать свое дело, пока злобное божество, жадно пожирающее души своих последователей, не очнулось и не набросилось на нас со всей своей мощью. Но едва мы с отцом Александром и Коброй приблизились к залитому липкой кровью средоточию зла, как над крестообразным алтарем появилось багровое сияние, и вверх начал быстро подниматься туман того же багрового цвета, складывающийся в гротескный образ гипертрофированно мускулистого человека, на плечах которого сидела козлиная голова с волчьими зубами. В правой руке этот человекокозел сжимал двулезвийную секиру-лаброс из какого-то темного сплава.