Онлайн книга «В закоулках Мироздания»
|
Вообще-то я могла бы и так без труда догадаться о личности визитера, ведь ее весьма красноречиво характеризовал его образ – ну кто же не знает героя древнегреческих мифов с его знаменитыми крылатыми сандалиями? Прикольная обувь – кажется, теперь я догадываюсь, как она действует на самом деле – она помогает носящему ее быстро перемещаться в пространстве, оставаясь невидимым. Ну да, ведь он, Гермесий этот, вроде как был типа почтальона и передавал волю богов другим богам и даже смертным, усыпляя их при помощи вот этого не менее прикольного скипетра… Оказывается, помню кое-что из мифологии, в детстве это моя любимая книжка была – «Легенды и мифы Древней Греции и Рима». И еще прекрасно помню, что тогда я искренне верила в существование всех этих богов, с интересом разглядывала картинки в той книжке и мечтала, чтобы ко мне явился кто-нибудь из них, да хотя бы вот этот Меркурий. Ну, вот и сбылась мечта… нет, совсем не идиота, а впечатлительной девочки с богатым воображением. Смотрела я на бога, стоящего передо мной, и сопоставляла реальность с моими детскими представлениями. К моему удовольствию, расхождение было минимальным. С моей точки зрения, на внешность этот Гермесий – тип весьма симпатичный. Этакий до придела залакированный и присыпанный сахарной пудрой мальчик-мажор в исполнении Ди Каприо. Было в нем какое-то очарование порока и обмана, куда там знаменитому основателю МММ Сергею Мавроди. Несомненно, этот Гермесий, вздумай он заняться подобной деятельностью – и денег собрал бы больше, и без труда сумел бы с ними улизнуть в неизвестном направлении. Кто знает – если этот древнегреческий бог действительно время от времени шастает среди смертных, то, может быть, это он и был описан Ильфом и Петровым под именем Остапа Бендера. Ну, или какой-нибудь его внебрачный сын… Впрочем, это если только допустить то, что он может свободно проникать в наш мир и возвращаться обратно. Потом в разговор вступил тот, кто скрывался за обликом отца Александра, и мне, откровенно сказать, стало страшновато. При всем его общем дружелюбии лезть в сознание этой сущности я сочла несколько неуместным и лишь слегка скользнула мыслью по поверхности ее или его эмоциональных реакций. Я увидела сущность, по сравнению с которой Атлант, держащий небесный свод, и Сизиф, толкающий в гору камень, казались бы записными бездельниками, а Эйнштейн и Капица недоученными школярами. Тот же Гермесий по сравнению с этой сущностью действительно казался пузатой мелочью, но в то же время я ощущала исходящую от нее благость, человечность и безмерную доброту. Да, иногда этой сущности приходится быть жестокой, подобно хирургу, который, вскрывая нарыв, или отсекая раковые ткани, вынужден резать по живому, но эта жестокость вынужденная, идущая во благо, а не во вред. При всем при этом я удивилась, насколько образ того, кто говорил голосом отца Александра, оказался у меня удивительно антропоморфным, как будто это был мой любимый дедушка, готовый утешить и поддержать свою любимую внучку. А может быть, и нет в этом сходстве ничего удивительного, ведь сказано же в Писании про людей, что созданы они по божьему образу и подобию… Окончательно меня добило известие о том, что по настоянию этой сущности Гермесий передал в мое ведение выживших жителей этого поселка. «Теперь они ваши и душой и телом», – сказал покровитель купцов, мошенников и пиратов перед тем, как исчезнуть, и эти слова тяжким грузом упали на мои плечи. Я ведь на самом деле не богиня, не волшебница и не святая, я даже не могу сказать, что учусь этому ремеслу, и эта нежданная новость меня просто раздавила. С другой стороны, я поняла, что теперь с их стороны исключено всяческое непослушание и малейшая нелояльность. |