Книга За точкой невозврата. Полдень битвы, страница 29 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Ну почему же впервые… – усмехнулся Лавров, – прежде были Куба и Никарагуа, где сандинисты смогли пережить так называемую «демократизацию» и выиграть свободные выборы. Однако в главном вы правы: Джон Болтон – это типичнейший злобный дурак, и мы должны возблагодарить Всемогущего Господа за то, что не он стоит во главе заговора против Трампа.

— Трамп – это такая массивная фигура, которая не влезала ни в какие шаблоны, – хмыкнул президент Путин. – Этот человек обо всем имел свое мнение и считал, что если ему дадут беспрепятственно действовать, то он сможет совершить сделку века и купить то, что не продается в принципе. Теперь его нет, и всему миру должно быть понятно, что его преемники ничего не собираются покупать, а будут брать все понравившееся силой.

— Сейчас прошло еще совсем мало времени, – сказал Сергей Шойгу, – но у нас есть сведения, что планируется значительное усиление передовых группировок НАТО на наших границах. Северный позиционный район – в Прибалтике, Центральный – в Польше, и Южный – в Румынии. Дополнительно под предлогом противостояния русской агрессии в НАТО планируется загнать Швецию и, самое главное, Финляндию, после окончания Второй мировой войны демонстрировавшую показной нейтралитет и миролюбие. А ведь мы с того направления в настоящий момент совершенно беззащитны: войск нет, и даже военные городки разграблены и разрушены мародерами из числа местных жителей, ибо предыдущие сокращения армии не оставили в этих местах даже кадрированных частей, которые могли бы присматривать за сохранностью недвижимого имущества.

— У нас тоже имеется такая информация, – подтвердил Николай Патрушев. – В ответ на наши успехи на Украине НАТО тоже мобилизуется, собирая под свои знамена всех бывших соратников Гитлера, битых Красной Армией. Или, как в случае со Швецией, битых еще армией царя Петра. И пока только турки не хотят втягиваться в эту авантюру, ибо видят прекрасную возможность подзаработать на обходе торговой блокады.

— Вы уверены, что это авантюра, а не тщательно продуманная политика? – спросил Сергей Лавров.

— Ну конечно же, авантюра, – подтвердил Патрушев. – Как и вся история послемайданной Украины в целом. Что бы американцы ни делали, их былая гегемония подтаивает по краям и постепенно покрывается трещинами. А все из-за того, что теперь у нас не одна сверхдержава, и даже не две, а как минимум три, потому что, отозвав признание новейшей украинской государственности, Россия также сделала заявку на роль одного из мировых центров силы. Сейчас мы, а совсем не Китай, играем роль главных возмутителей спокойствия, разрушающих остатки американского мира, и чем больше наши успехи, тем меньше политический авторитет американских властей. В такой ситуации им просто некогда продумывать взвешенную политику, да и возможностей у них таких нет, ибо чем сильнее они давят на нас при помощи санкций и тому подобных инструментов, тем монолитнее и сплоченнее становится наше общество. Вспомните многотысячные белоленточные массы, заполнявшие Москву зимой одиннадцатого – двенадцатого года, и сравните их с кучкой беспомощных фриков нашего времени. Конечно, кто-то из тех былых демонстрантов за все хорошее против всего плохого убежал за границу, испугавшись творящихся событий, другие залегли на дно и митингуют исключительно в интернете, но большинство из этих людей попросту поумнело и поняло, что они чуть не стали баранами, радостно топающими на бойню вслед за козлоподобными вожаками. Украинский майдан будто прожектор высветил цели и последствия подобных переворотов, после чего вопрос с ними для российского общества был решен раз и навсегда.