Книга Из глубин, страница 223 – Вера Камша

— Это если ваш Бе-ме в авангарде, – Ниччи с отвращением посмотрел на свои сапоги. – И как только песок, да еще мокрый, пролезает?

— А где ж ему быть? – пожал плечами Салина. – Он спит и видит с Вальдесом сцепиться, а Кальдмеер спит и видит от него отделаться.

— Ты о песке? – не выдержал Луиджи. Берто расхохотался. Головной корабль плавно разворачивался, забирая к середине залива. Как мило с его стороны!

— Если Бе-ме не третий, то он восьмой, – постановил Марио, – побольше соседей, и место подходящее.

— Семидесятипушечник, – подтвердил теньент Салина, – как раз такой, как Бермессеров «Голлу…», «Горлу…» «Глаубшт…», словом, «Верная звезда».

— И много у них таких? – полюбопытствовал Ниччи, неделю назад узнавший, что фрегат – это не корвет.

— Я их на талиг, хорошо?

— Еще бы, – одобрил Луиджи, которому дриксенские слова напоминали смешанное с проклятьями мычание, – у меня от этих «бшт» и «рцв» уши вянут.

— «Король-лебедь», – принялся вспоминать Салина, – «Святая Урфрида», «Гнев Господень», «Зиглинда», «Кесарь Хлодвиг», «Слава варитов»…

Линеалы один за другим обходили северные мели, выбирались на середину залива и брали курс на Хексберг, а горизонт выпускал на волю все новые и новые корабли. Построенные в боевую кильватерную колонну гости приближались медленно, но неотвратимо. Они почти поравнялись с узкой отмелью, возле которой утром маячил «Змей». Пара часов, и Вальдес вступит в бой. Можно тысячу раз знать, что придет помощь, драться все равно придется всерьез.

— Кордебаталия пошла, – поделился очередной радостью Берто, – скоро купцы поползут.

Пора было уходить, они увидели довольно, кордебаталию же как следует все равно не разглядеть. Слишком далеко, к тому же серый съедает другие краски. С грехом пополам можно прикинуть разве что ранг корабля и количество пушек, а время уходит, течет не хуже, чем сухой песок промеж пальцев.

— Хватит, – решил Джильди. – Больше здесь ловить нечего.

— Сударь, – прошипел отчаянным голосом Берто, – мы же еще негоциантов не видели.

— Они сзади, – утешил теньента Луиджи. – Если Кальдмеер и в самом деле не дурак, купцы отстают не меньше чем на хорну. Все, собирайся, а то твой альмиранте, чего доброго, решит, что тревога ложная.

399 год К.С. 15-й день Осенних Молний

1

Луиза никогда не забиралась севернее Олларии и, как выяснилось, ничего от этого не потеряла: местность отлично сочеталась с погодой, а погода была гнусной. Госпожа Арамона куталась сразу в два меховых плаща и все равно мерзла, хотя Айрис упорно придвигала к дуэнье дорожную жаровню. Сама воспитанница от холода не страдала, вернее, страдала, но не от холода. Чем ближе становился Надор, тем меньше оставалось в Айри радости, а Сэль и вовсе сжалась в комок в углу кареты, глядя на проплывающие за окном черно-белые холмы. Молчал и Реджинальд.

Молчал и смотрел на кузину таким взглядом, что требовалось быть Айрис Окделл, чтобы не понять – толстый виконт влюблен, причем без надежды. Молодежь усиленно страдала, и капитанше приходилось трещать за троих, заодно вытаскивая из Айри и Реджинальда сведения о родовом гнезде Окделлов.

Госпожа Арамона готовилась к встрече со вдовствующей герцогиней, как генерал к военной кампании. Впервые это сравнение пришло Луизе в голову, когда Реджинальд спросил Селину про Герарда. Дочка ответила очень коротко, но капитанша словно воочию увидела сына, читавшего трактат какого-то Пфейхтайера о рекогносцировке на местности, и поняла, чем занималась все эти дни. Теперь про себя она величала Надор не иначе как ставкой Мирабеллы и готовилась заняться отвлекающими маневрами. Для начала Луиза вызубрила имена и привычки привратников, кормилиц, камердинеров и конюхов, не говоря о капитане гарнизона, мажордоме, поваре и старшей камеристке, однако этого было мало.