Книга Из глубин, страница 200 – Вера Камша

— Капитан, что вы думаете о… о моей резиденции?

— Это прекрасный дом, – Нокс казался удивленным, и Дику окончательно стало стыдно за свои страхи, – и очень удобно расположенный. Из него можно незаметно уйти, и его удобно защищать.

— Вы говорите так, словно нам предстоит осада. – Не стоит пережевывать дурные сны, тогда они не вернутся.

— Монсеньор, я военный. И я отвечаю за вашу жизнь.

У Нокса не болит голова о всякой ерунде. Капитан видит опасность там, где она есть, и не верит в глупые сказки. Так и надо! Чего бояться в собственном доме под охраной таких молодцов? И уж тем более не стоит бояться заросшего деревьями клочка земли.

— Я в вас не сомневаюсь, капитан, – когда все кончится, он убьет Придда именно в Старом парке назло всем снам, – в вас и в ваших людях.

— Благодарю монсеньора.

За двухэтажным особнячком показались облепленные омелой и мокрым снегом деревья, святая Октавия отзвонила половину третьего. Как во сне, только сейчас день. День!

— Рысью, – зачем-то велел юноша, отворачиваясь от серых тополей.

Кавалькада сменила аллюр, сразу стало легче дышать. Где-то взвыла собака, ей ответили еще две или три, опять ударил колокол. Прекрасно, хозяин Круга появится не раньше и не позже, чем следует, хотя можно было бы и задержаться. Немного, минут на десять.

На углу с Родниковой замерли в строю конные гимнеты. Огромные неряшливые снежинки таяли на лошадиных крупах, недовольные кони переступали с ноги на ногу и пытались мотать головами.

Повелитель Скал ответил на приветствие теньента и направил Караса вдоль облепленной снегом ограды. Старый парк, как и все вокруг, казался мокрым, серым, продрогшим. Ничего загадочного и тем более страшного в облетевших деревьях не было и быть не могло. У Родниковых ворот Дикон догнал Удо, Дугласа и Джеймса. Валентина видно не было. И неудивительно – Спрут слишком любит себя, чтобы раньше времени сесть в седло.

— Добрый день, господа, – Ричард в который раз попытался избавиться от облепившего плащ снега, – кажется, зима все-таки пришла.

— Здравствуй, – откликнулся Удо. – Ты это называешь зимой? Я бы еще понял Робера, но ты ведь из Надора.

— Да, у нас снег уже лежит, – подтвердил юноша. – И будет лежать до Весенних Волн.

— Ваша сестра доберется до Надора к Зимнему Излому или встретит новый год в дороге? – полюбопытствовал подоспевший барон Нарди, которого Дик как раз собирался расспросить о нохском побоище. Что это, вежливость, или наоборот? Ричард равнодушно пожал плечами.

— Если ничего не случится. Не люблю мокрый снег, уж лучше дождь.

— Дождь честнее, – согласился Удо, – но после леса Святой Мартины я предпочитаю солнце.

— А я предпочитаю воевать с живыми, а не с мертвыми, – внезапно бросил Темплтон, – это тоже честнее.

— Тебе жаль узурпатора? – не понял Рокслей.

— Я против мести тем, кто не может ответить, – буркнул Дуглас. – К тому же в старых могилах часто гнездится зараза.

— Дикон, как твоя рука? – быстро спросил Удо, вклиниваясь между Джеймсом и Темплтоном.

— Почти зажила, – Ричард для убедительности пошевелил пальцами. – С завтрашнего дня думаю начать тренировки.

— Придд, как мне кажется, тоже здоров, – заметил Рокслей, кивком указав в глубь аллеи.

Валентин ехал на сером мориске с подрезанным хвостом, сбруя и чепрак тоже были серебристыми. В снежных хлопьях казалось, что конь Повелителя Волн не оседлан. Нарди натянул поводья, вынуждая других последовать его примеру. Спрут пустил серого в легкий галоп, может, рана и давала себя чувствовать, но на посадке Придда это не отразилось.