Книга Шар судеб, страница 319 – Вера Камша

Будь рядом не Гирке, Жермон что-нибудь обязательно бы сказал. Вслух и громко. Но «лиловые» располагали к сдержанности, а дриксы вовсю спихивали лодки на воду, забирались внутрь, разбирали весла. Самые спорые могли бы уже отплывать, но осторожничали – ждали, пока на воде не окажутся все посудины. Ну ждите, ждите…

Топот копыт. Наконец-то.

— Господин генерал, приказ передан, эскадрон выступил. Скоро будет здесь.

— Здесь ему делать нечего. Дриксы высадятся ниже.

— Простите, господин генерал, ошибся. Полковник Лецке сказал, что свернет с дороги за тысячу бье отсюда.

Тысяча бье? Пожалуй, верно. Наконец-то отплывшие дриксы вовсю воевали с течением на середине залитой солнцем реки. Их снесло уже довольно прилично, снесет и еще, как раз в объятия драгун. Ариго тронул усы и подошел поближе к берегу, наблюдая за флотилией. Та шла быстро и слаженно, но отнюдь не казалась опасной. Солнечные блики, синее небо, зеленая травка, щебет птичек над головой… Простите, эти птички предпочитают крякать.

— Мой генерал, смотрите!

— Боюсь, «гуси» тоже заметили.

Справа, примерно там, куда нацелились дриксы, из прибрежных зарослей с шумом поднимались утки. Одна за другой. Леворукий, сколько же их тут!.. Серо-бурая стая с обиженным кряканьем шарахнулась к Хербсте, увидела лодки, кое-как развернулась и рванула наискось через реку. Все ясно – Лецке «повезло». С разбегу вломившись в заросли, драгуны спугнули всю эту мечту охотника, чем и подали весть о своем прибытии.

Весть оказалась незамедлительно принята, наверное, даже с благодарностью. Дриксы начали дружно поворачивать, по ним ударили разрозненные выстрелы – то ли один из дозоров, то ли не сдержался кто-то из драгун. С лодок ответили столь же редким и недружным огнем. Еще бы, слитный залп и перевернуть может.

— Леворукий… Удирают! – не сдержался Жермон. Придд и Гирке вежливо промолчали. На берег выскочил драгун отчего-то в одном сапоге. Выстрелил. Торопливо, не целясь, но «крашеный» на третьей слева лодке выпустил весло и навалился на товарища. Эта жертва оказалась единственной. Флотилия выскочила на середину реки, и пальба стихла сама собой. Талигойцы, увязая по колено в желтоватой грязи, один за другим выбирались из камышей. Можно было представить, что они сейчас думают о водоплавающих, хоть крякающих, хоть гребущих. Последние изо всех сил работали веслами, явно желая произвести высадку слаженно и без потерь. Правда, на собственном берегу.

В форт Жермон возвратился в задумчивости, из которой господина генерала вывел Рёдер. Мундир коменданта был изрядно запорошен известковой пылью – похоже, полковник проводил очередную ревизию пробоин.

— Во время вашего отсутствия, – с довольным видом отрапортовал комендант, – во вверенном мне форте ничего существенного не произошло. Потерь нет. Около часа назад дриксы прекратили обстрел. Привожу в порядок стены.

— А не торопитесь? – Ариго с сомнением глянул на зависшее над рощей солнце. – «Гуси» как прекратили, так и начнут. Они – народ упорный.

— Не начнут. У них орудие не выдержало. То ли банили плохо, то ли еще что. От нас не понять, но грохнуло – не приведи Создатель, а уж суеты… Горело что-то, пострадавших таскали, начальство аж с двух сторон прискакало. Эта пушка больше не стреляла, остальные дали по паре выстрелов и заткнулись. Видимо, испугались, чистятся теперь.