Книга Шар судеб, страница 291 – Вера Камша

Если Рокэ будет не до галантности, придется озаботиться самому, но Франческе сапфиры не пойдут. Вот алая ройя… Только это уже наглость. И вообще ему не нужно ничего, кроме того, что он возьмет сам… Отменная аттестация, не забыть передать папеньке.

— Виконт, рэй Лагартас и его люди в вашем полном распоряжении. Они знают, чем вам обязаны.

— Ничем особенным.

— Мы могли бы долго спорить, но наши пути расходятся. Если граф Валмон спросит, кто теперь ведет армию, ее ведет рэй Гальега. Эномбрэдастрапэ!

Слово было знакомое, но ответить как положено Валме не успел, Эчеверрия рванул повод и исчез в темноте.

400 год К.С. 2 – 4-й день Весенних Волн

Издали «Сытый дракон» ничем не отличался от других заведений, подстерегавших на большой дороге беспечных путников, но только издали. Разглядев обладающую роскошным дамским задом и еще более роскошным пузом гребенчатую тварь, Марсель понял, что батюшке мимо такого не проехать. Пусть Рокэ чует руины, предательства и прочую пакость, Валмоны тоже не без таланта и никогда не пропустят достойную кухню, что много приятней.

— Заворачиваем! – приказал виконт разогнавшимся спутникам. Кэналлийцы могли сутками ехать вперед, по изящнейшему выражению покинутого Шеманталя, «не спамши и не жрамши». Марсель тоже мог, но не хотел. Алва отлеживался в Савиньяке, Ракан развлекал закатных кошек, и к виконту вернулась любовь к удобствам, хоть и в несколько измененном виде. Нынешний Валме без крайней на то нужды нипочем бы не напялил тряпки, в которых щеголял прошлой весной, а щипцы для волос зашвырнул бы в ближайшую канаву. Что уцелело от былого, так это отвращение к сухомятке и ранним пробуждениям. Наследственное.

Солнце приближалось к полудню, а граф Валмон еще почивал. Батюшкин камердинер, не сразу признавший в предводителе дюжины кэналлийцев надежду рода, всплеснул руками и замер у стены в позе любимого светильника Коко, но с платяной щеткой вместо фонаря. Виконт ловко подхватил стоящий на столе бритвенный прибор и вступил в заполненную батюшкой спальню. Разумеется, лучшую в трактире.

— Кушать, то есть, простите, бриться подано, – возгласил он.

Батюшка приоткрыл правый глаз и дал знак подойти. Марсель подошел. Ухоженный палец коснулся воды и взмыл вверх.

— Слишком горячо. Пусть остынет.

Вода была ровно такой, как нужно, но Валмон раз и навсегда запретил себе и домочадцам совмещать туалет с важным разговором, а любопытство не позволяло ждать окончания бритвенной процедуры. Марсель пощупал тазик и делано вздрогнул:

— Убийственно! Дави наконец-то дозрел до покушения на вашу жизнь… Господин член регентского совета, разрешите доложить! Господин Первый маршал Талига желает видеть вас в замке Савиньяк.

— После обеда, – отрезал папенька. – Приглашаю вас попробовать новорожденного ягненка.

— Благодарю. Между прочим, рэй Эчеверрия, отбывший в Савиньяк, не только не дожидаясь обеда, но и презрев ужин с завтраком, вас раскусил. Он утверждает, что вы меня прокляли без должной страсти, соответственно, проклятие не действует. Еще он утверждает, что я вправе требовать у кэналлийцев все, что хочу. Мне нужно с дюжину сапфиров, немного кружев, несколько книг и алую ройю, но я могу добыть что-нибудь и для вас. В Кэналлоа наверняка водятся астры…