Онлайн книга «Шар судеб»
|
— Это невозможно. — Вы нас обижаете… — Не нас, Олларию… — Если бы не вы, моя дочь… — Если вы не возьмете, к вашим окнам придут наши семьи… — Не только наши… Никто не может быть подобострастней торгашей. Они живут, кланяясь и при этом обманывая. Где они были со своей благодарностью и со своим золотом раньше? А Иноходец доволен… Еще бы, к нему пришли. Не к королеве, не во дворец, а к нему. Можно подумать, город защищали только южане. Можно подумать, в городе был порядок! Особняк эра Августа разграблен, а всякие салиганы замахнулись даже на королевскую сокровищницу… — Пусть будет по-вашему. – Иноходец что-то вынул из шкатулки. Цепь. Похожа на «Звезды Кэналлоа», но вместо сапфиров – рубины, и какой-то медальон… — Генерал Карваль будет носить этот знак как орден. Вы благодарите меня, но он сделал больше. И еще сделает. – Эпинэ с силой захлопнул пеструю крышку и протянул старику. – Когда казна выплатит долги, я приму ваш подарок. С гордостью приму и буду носить, но не сейчас. Другого решения не будет. Ушли. Загребая ногами и глухо бормоча благодарности, словно стадо откормленных гусаков. Робер поморщился и прикрыл ладонями глаза, как это делал Ворон. — Чуть сквозь землю не провалился, – признался он. – Мы к ним вломились, испакостили все, что можно и нельзя, и нас же благодарят. За то, что живы. За то, что не было хуже… А ведь могло быть. До сих пор не верится, что все. — Быстро ты… – Голос Ричарда дрогнул. Обида и ярость душили, но слов не находилось. – Быстро ты… отступился… Первый маршал анаксии… Друг государя… — Не во мне дело. – Эпинэ опустился в кресло. – Оллария цела, Талиг выживет, а мы – дело шестнадцатое… Знаешь, зачем они приходили? Вернули драгоценности Катарины. Залог за фураж и провиант. — Вспомнили! – почти прорычал Дикон. – Когда Катари была в Нохе… когда Альдо был… Им и в голову не приходило вернуть… А сейчас! Прибежали, притащили подарки… Лизоблюды! — Когда был жив Альдо, – голос Робера стал сухим и неприятным, – у купцов требовали деньги, а взамен давали расписки. Если давали… Драгоценности в счет долга отослала городу Катарина. Когда вновь их получила, а получила она их, став регентом. Причем далеко не все. Ты что-то хотел? Разговора не выйдет, выйдет ссора. Робер не поймет, не захочет понять. Иноходец никогда не верил в победу, в Золотую анаксию, в силу и величие. Для него выжить и закончить войну – уже счастье. Эр Август боялся пыток, но боролся за Талигойю до конца; Робер Эпинэ не боится ничего, даже смерти, потому что давно убит. — Так чего ты хотел? — Уже ничего. Говорить с тобой не имеет смысла. Я доложу ее величеству. — Это так важно? — Да. Больше ты от меня ничего не услышишь. — Катарина страшно устает… Женщинам в ее положении лучше вообще не волноваться, а у нее слабое сердце. Ты уверен, что твое дело не ждет? — Святой Алан, это не мое дело! Это дело Чести. Я буду говорить о нем с королевой. Она поймет… Все поймет! До свидания. — Подожди, – Эпинэ вновь прикрыл глаза, – раз уж ты здесь и говоришь о чести… Будет лучше, если ты переберешься ко мне или к Дэвиду. Занимать дом Алвы тебе нельзя, с какой стороны ни посмотреть. У нас есть два месяца, чтобы привести особняк хоть в какой-то порядок. Он говорит о порядке в доме. О каком-то праве… Сын Мориса Эпинэ. Единственный уцелевший… |