Книга Стальной рыцарь, страница 11 – Алексей Свадковский

— Что, пришел мстить за отца?

С трудом дыша, глядя на стрелка, горло, почти раздавленное Ефимом, мешало говорить, и все же я смог выдавить:

— Зачем⁈ Зачем было убивать⁈

Вопрос не давал покоя все это время, и я хотел знать на него ответ.

Поливан все понял и недоуменно пожал плечом:

— Прости, пацан, так уж вышло, никто на твоего отца зла не держал. Просто мы здесь сворачиваем дела, скоро уезжаем, а значит и фасон держать уже ни перед кем не надо. А раз так, то зачем платить, если деньги можно себе оставить. Тем более сумма там очень даже приличная была.

Он замолчал, окинул меня оценивающим взглядом.

— А ты молодец, пацан, троих положил. Уважаю, передавай отцу привет.

Ствол ружья, до этого направленный мне в живот, вновь вскинут вверх, нацеленный в сердце. Затем он резко дернулся в сторону. Поливан от неожиданности нажал на курок, и выстрел с грохотом прокатился по дому. Мне заложило уши. Пуля ушла в потолок, выбив здоровенную дыру в доске. Шаг вперед, подхватить с пола столовый нож, который я приметил заранее. Отбросив бесполезное ружье, Поливан потянулся к кобуре на поясе, но времени для повторной стрельбы я уже не дал. Нож разрезал воздух, глубоко уходя в горло стрелка. Метать холодное оружие на занятиях нас тоже учили. Думаю, мастер этим броском остался бы доволен. Поливан хрипит, пытается зажать рану на горле, второй рукой продолжая судорожно шарить на поясе. Нужно добить. Нагнувшись, я ухватился за рукоять сабли. Немного силы, и лезвие с шипением вылезает из упрямой древесины. Меня слегка пошатывает, но все же сил хватает, чтобы шагнуть вперед, отвести руку Поливана с револьвером, который он все же смог вытащить из кобуры, а затем коротким ударом оборвать его жизнь.

Тут все, остался последний.

— Ефим, Поливан, — голос Клеща доносится со второго хозяйского этажа. — Да где вы там провалились? Отвечайте, что, черт возьми, происходит? Что за стрельба в доме?

Потерпи, скоро сам все узнаешь. Я по очереди разжимаю пальцы Поливана, сжимающие рукоять револьвера. Явно не гражданская модель, скорее всего, пушку украли с военных складов. Такие в открытую продажу точно не поступали. С ним будет как-то понадежнее, чем с одним клинком. Хватит геройствовать.

Деревянные ступеньки почти не скрипят под босыми ногами. Снова длинный коридор, разделяющий дом на две половины. Голос Клеща доносился справа, там располагалась хозяйская спальня и кабинет с библиотекой. Я осторожно иду по коридору, прислушиваясь к звукам. И, наконец, снова слышу голос ростовщика, явно не знавшего, что делать дальше.

— Ефим, ты слышишь меня?

«Скоро услышит, — про себя шепнул я, поняв наконец, откуда слышен голос. Все-таки из спальни. — Ты даже сможешь с ним скоро пообщаться, сука».

Осторожно отошел в сторону и нажал саблей на дверную ручку. Почти сразу раздались выстрелы, тяжелые свинцовые пули, прошив дверь, продырявили стены, выбивая деревянные щепки.

«Раз, два, три, четыре», — молча считаю про себя, отступив еще на шаг и прикрыв лицо рукою, защитив от случайной деревянной щепы, выбитой пулями. Начав стрелять, никогда не забудь остановиться. Мудрые слова, сказанные кем-то из ковбоев. А вот и шестой выстрел, а следом за ним щелчки пустого барабана. Дверь я распахнул одним рывком, Клещ ее даже не запер, Спрятавшись за просторной кроватью, он продолжал судорожно нажимать на спусковой крючок уже полностью разряженного револьвера.