Книга Колония Альфа, страница 164 – Роман Прокофьев

Я увидел Черную Пасть, смешанные слои октагонов, мертвые артерии древних жил и оборванные нити Путей. А в них — нечто вроде грибницы, тонкие нити «чужеродности», вплетенные в них. Некоторые обрывались, другие едва светились, третьи, наоборот, пылали жутким фиолетовым огнем.

Структурные следы, которые оставляли Черви, тянулись во Тьму.

И я повернул Голубую Стрелу по следу.

Набрал высоту, и мир под нами начал сжиматься. Провал Пасти стал черной полосой, поплыл назад, растворяясь, а границы октагонов превратились в четкую, хоть и полустертую схему. Стигис не просто летел — он пронзал пространство со скоростью, недоступной земным аппаратам, и только рунный стимулятор позволял мне пережить этот полет.

Око стало линзой, отслеживающей найденный след. Эйлориан мастерски вел ее по дистанции, Скай рассчитывала траекторию, и Голубая Стрела шла сквозь небо так, будто для нее действительно не существовало никакого «далеко».

Следующий октагон — черный, мертвый. Вернее, уничтоженный. Стеклянные пустоши, гигантские кратеры — как от падения метеоритов, останки прежних городов, шрамы транспортных артерий. Все это скрывала тьма и холод — высохшее лицо мертвеца, которого не удосужились положить в землю. Где-то невероятно далеко, на пределе видимости, бледно мерцали чужие Игг-Древа — золотые, зеленые, голубые и серебряные огни. Свет Элтанир уже давно исчез сзади, со всех сторон простиралась территория, которую разумные потеряли давным-давно.

— Правее. Держи высоту, Истинный. Видишь разрыв в Стене?

Я послушно изменил курс.

— Теперь ниже. Нужно посмотреть ближе. Это не просто разрыв. Это старый путь, след идет по нему…

Скай: Подтверждаю. Концентрация чужеродных гармоник повышается. Глубина залегания — от четырех до девятнадцати километров.

Но это был еще не Улей. Скорее, его преддверие, которое уже стало надежной дорогой Червей. Тело начинало сдавать — Черный Надлом держал меня на грани, прошла половина отпущенного времени, и отступать не хотелось. Логика Стратагем была простой — если Великому Червю доставляет неудобство именно наш растущий Круг, наше маленькое Древо, его логово не может быть запредельно далеко — иначе нужно гасить иные, более близкие цели. Нет, эта тварь затаилась где-то рядом…

Так и оказалось — потому что она вовсе не таилась.

Главная жила заражения уходила во второй мертвый октагон, и ближайшая Башня показалась уродливым черным зубом. Ее. оплетали темные наросты, настолько огромные, что были подобны исполинским горным хребтам. Скай доложила, что это биогенная структура из А-активного материала, выделяющая тот самый червивый туман, а Эйлориан лишь потрясенно вздохнул.

Я уже понял — мы нашли Улей.

Опухоль, выросшая на стыке октагонов, вокруг мертвой Башни, и захватившая ее. Пятно, размером сравнимое с небольшим материком и источающее червивый туман, способный затопить целый октагон. В нем можно было различить немногое, но с высоты Око видело черные и бурые пластины, похожие на хитиновые острова. Трубчатые наросты, выбрасывающие эту дрянь наружу. Живые мосты и пульсирующие каналы, в которых двигалась густая темная масса.

Мерзость.

Скай: Масштаб объекта превышает все ранее наблюдавшиеся структуры инсектоидов. Диаметр объекта превышает три тысячи километров. Подземная часть не поддается оценке. Концентрация чужеродной энергии вне пределов оценки. Фиксируются миллиарды подвижных биосигнатур. Координаты зафиксированы.