Книга Хлад – 1, страница 115 – Алекс Каменев

При деде и отце старого князя прилегающая к озеру территория патрулировалась егерями, нарушителей ловили и без долгих разговоров вешали на ближайших деревьях, поэтому Северный Удел большинство черных старателей обходили стороной. Но в нынешние времена все поменялось, контрабанда расцвела, принося нелегальным дельцам сумасшедшие прибыли.

— И бизнес пошел, – я раздраженно дернул уголками рта и повернулся, точно зная, откуда появятся два болвана.

Почему болвана? Потому что даже самые рисковые контрабандисты не рисковали заходить так далеко. Ведь озеро действительно было опасно, и приближаться к нему мог только безумец, кому не дорога жизнь.

Они вышли из-за деревьев и тут же остановились, увидев меня, спокойно сидящего на берегу самого смертоносного водоема в мире. Оба в меховых полушубках, шерстяных штанах и шапках. В руках гладкоствольные карабины с магазином на десять патронов. Вокруг поясов патронташи, на бедре охотничьи ножи длиной с локоть взрослого человека. За спиной высокие рюкзаки с торчащими трубками из распахнутой горловины – скорее всего, самодельные складные ловушки.

— Слышь, малой, что ты здесь делаешь? – резко спросил тот, что повыше.

Низкий и кряжистый тревожно вглядывался между деревьев, подозревая засаду.

— Эй, парень, я тебя спрашиваю, – напористо продолжил долговязый.

В этот момент его напарник вдруг уставился в мое лицо, долгую секунду смотрел, затем наклонился к длинному, трогая за плечо, и что-то быстро зашептал в ухо, не отрывая от меня напряженного взгляда. Глаза длинного расширились, он только сейчас обратил внимание, что на подозрительном пацане слишком легкая для этих мест одежда.

В следующую секунду они совершили свою последнюю ошибку в жизни – синхронно вскинули карабины и попытались нажать на спуск.

И погибли, обратившись в ледяные скульптуры, даже не успев ничего понять.

— Придурки, – я ругнулся.

По глазам видно – узнали и все равно попытались напасть. И сдохли, едва сумев прикоснуться к оружию. Некоторые рождаются идиотами, некоторые становятся ими по жизни. Непонятно, к которым относились эти двое, но явно у обоих проблемы с критическим восприятием. Иначе вежливо извинились и скрылись бы в обратном направлении, благодаря богов, что остались в живых.

Хотя, возможно, подумали, что не отпущу. С учетом сложившейся репутации скорого на расправу человека, это выглядело логично.

Я равнодушно отвернулся от застывших в посмертном безмолвии фигур и снова уставился на воду. Убийство парочки черных старателей прошло мимо сознания, как еще один эпизод изменившейся жизни. Однако стоило вернуться к созерцанию озера, как послышался еще скрип шагов по свежему снегу.

— Не закрытая зона, а проходной двор, – я поморщился, ожидая увидеть отставших приятелей первых двух идиотов.

Но вместо них на прогалину из-за деревьев ступил одинокий мужчина в черном пуховике. Постоял, огляделся, шагнул вперед, заметил скульптуры из льда и резко остановился.

— Ваши друзья? – равнодушно спросил я, кивая в сторону оледенелых фигур.

Мужик вздрогнул и уставился на меня. Кажется, он не ожидал здесь кого-либо увидеть.

Незнакомец близоруко прищурился, как обычно делают люди с плохим зрением. Опять вздрогнул – похоже, тоже узнал, за последнее время я стал героем нескольких новостей, и только после этого снова посмотрел на замороженных.