Книга Кодекс Инквизитора. Книга II, страница 74 – Антонио Морале, Ник Росс

Прямо на нас, шустро загребая перепончатыми лапами, плыло с десяток пупырчатых уродцев габаритами с горбатый «запорожец». Ненавижу бесхвостых. От одного вида в дрожь бросает. Детская психологическая травма даёт о себе знать. В предыдущей жизни батя не придумал ничего лучше, как запихнуть за шиворот гадкую жабу, которую приволок с рыбалки именно с этой целью.

Тогда-то у меня и народилась фобия, а левый глаз стал безбожно косить. Косоглазие поправил хирург-офтальмолог, а вот душевная рана, перенёсшись через миры, погрузила в ступор. Благодаря прокачанной выдержке и многопотоковому сознанию, с заминкой с трудом, но справилась.

Не обращая внимания на барахтающихся графинь, вскарабкалась на ближайшую кочку. Пораскинув мозгами секунду, извлекла из хранилища двадцатизарядный дробовик Мосина. Штука тяжёлая, один только барабан тянет на полтора килограмма, но весьма действенная против трёхсоткилограммовых амфибий. Штурмовая винтовка тут бесполезна: островерхие пули, в отличие от магической картечи, не обладают особым останавливающим эффектом. Велик риск задеть своих, но кучность мосинского агрегата на высшем уровне.

Первой сняла рогатую лягуху, атакующую Лопухину, вслед за тем ещё двух, что пытались спеленать языками, а затем сожрать Безобразова. Остаток барабана расстреляла по приближающимся монстрам. На свинцовой картечи вручную вытравлены магические руны усиления. Дорого, но каждый затраченный рубль себя оправдал сполна. Глазеть на то, как сталь рвёт и кромсает широкие бородавчатые спины гигантских жаб, истинное наслаждение для ранидафоба в моём лице. Ещё с десяток покрошу в капусту, глядишь, от застарелого страха перед квакушками избавлюсь.

Не успела перевести дух и как следует обматерить графиню, как в отдалении куполом вспучилась гнилая вода, а на поверхности появилась исполинская жабья голова. А вот и босс локации пожаловал, и, кажется, ему смерть товарок не очень понравилась! Вон как пучит буркалы величиной с медный таз, а пасть-то какая зубастая, в эдакую мясорубку три человека рука об руку войдут!

Мегажаб, громоподобно не то рыкнув, не то квакнув, взбивая ластами смрадный ил, прытко рванул в атаку. Два прыжка, меткий шлепок длиннющего языка — и нерасторопного графа словно корова языком слизала.

Ну и чего девки-то раскудахтались? Был Безобразов, да весь вышел! Лопухина, ну а ты-то куда с голой жопой на ежа⁈

Крикнув «Всем бояться!», забросила плазменную гранату прямо под брюхо гадине. Графёнку хуже уже не будет, а вот ежели начну ковырять жабу-переростка картечью, паренёк за это время в кислоте растворится.

Из двух зол выбрала меньшее. Медлить никак нельзя, я уже чуяла, как остров Русский ускользает из рук.

Граната упала куда нужно, рванув прямо под мягким подбрюшьем. Многотонный монстр, взревев, отрыгнул едва живого, контуженного Безобразова. Издыхать тварь и не собиралась. Разматывая многоцветные кишки по кочкам, пошлёпала в мою сторону.

По всей видимости, сойтись с личными демонами в прямой схватке, несмотря на весовую категорию, придётся так или иначе. Что ж, на этот случай у меня имелся железный аргумент — противотанковый гранатомёт «Добрыня», уравновешивал шансы на победу.

Лязгнул предохранитель, палец лёг на спусковую скобу. Лопухина, углядев, что именно появилось в моих руках, тут же сиганула в воду. Мудрое решение! Что там случится с графом после подрыва зелёной жопы, я не думала. Тут бы свою жизнь сберечь, хрен с ним, с Русским, будь он трижды неладен!