Книга Его (с)нежная девочка, страница 71 – Алекс Коваль, Анна Мишина

— А родители твои?

— Нет их, – говорю коротко и неохотно, и мужчина это замечает. И спасибо ему, что на этом тема личной жизни как-то сама собой закрывается, сменяясь чем-то отвлеченным и легкими перепираниями: какая игрушка где должна висеть. За непринужденным разговором я не заметила, как за окном начало смеркаться, а ель оказалась от низу и до верху наряженной. Осталось только одно “но”...

— Верхушка осталась. Надень ее, – подаю мужчине звезду со множеством лучей, которая должна увенчать эту пеструю красавицу.

— Нет уж, давай сама, это слишком ответственно, – улыбается Дамир, а меня начинают распирать искренние возмущения:

— Издеваетесь, да? Я же ни в жизнь не дотянусь до нее со своим метр с кепкой! –уперла руки в бока и смотрю на мужчину, а он только и делает, что лыбится в ответ. Да так по-доброму, что внутри что-то легонько екает.

— Так иди ко мне, я подниму, – продолжает смеяться надо мной, помахивая руками.

— Нет уж, а вдруг ты меня уронишь? – делаю шаг назад. – Ты сам лучше, –  вскидываю перед собой руку со звездой, будто смогу с ее помощью отгородиться от лучезарной улыбки мужчины.

— Ева.

— Нет-нет и нет.

— Иди  сюда, трусиха.

— Да нет же... – и не успеваю я развернуться, чтобы удрать, как меня за ноги, обвивая кольцом, подхватывают сильные руки и молниеносно приподнимают вверх. От неожиданности я взвизгнула и, покачнувшись, прикрывая рот ладошкой, рассмеялась.

Вот так вот, одним взмахом, одним движением меня закинули чуть ли не до потолка! Может быть, попросить его в следующий раз, когда буду верхние шкафчики на кухонном гарнитуре мыть, побыть моей стремянкой с ножками?

— Только не урони меня, пожалуйста, Дам! – взвизгнула я, неосознанно сокращая имя мужчины, когда он сделал шаг, приближаясь к елке, а я свободной рукой хватаюсь за его голову. – Если я убьюсь, придется тебе в доме самому убираться! – предупреждаю, а саму распирает тихий хохот.

— Вот видишь, мне совершенно невыгодно от тебя избавляться, снежинка! Давай кнопка, надевай ее, – говорит мужчина, крепко ухватив меня под коленки, уже чуть ли не усадив себе на плечо.

Ну что ж, пришлось успокоиться и использовать всю свою ловкость, чтобы не рухнуть сверху на елку, но я-таки сделала это, примострячив гордую “корону” в виде звезды на Рождественскую красотку.

— Я все! Спускай меня немедленно. Я же тяжелая, – легонько бью Дамира по плечу, чтобы поторопился. Мне уже не терпелось почувствовать под ногами твердую землю, а не жар его большого тела. Он реально горячий мужик, с таким и в лютые морозы не замерзнешь!

И Дамир спускает. Правда,  так медленно, что мне показалось, будто я всем своим телом проскользила по его твердым, как камень, мышцам, ощущая голыми ногами и руками каждую впадинку. И какое счастье было снова стоять на своих двоих!

— Ну, вот и все, можно вк...

— Ауч! – вдруг хватается за спину и сгибается пополам Дам, как-то слишком “больно” шипя.

— Что? Что такое? – испуганно затараторила я, а у самой сердце,  как кенгуру, запрыгало в грудной клетке, еще немного, и я сама рядом в обморок упаду. – Что с тобой? Спина, да? Ты приляг на диван, Дамир. Я… я… сейчас что-нибудь придумаю! Может, мазь какую найду или… – засуетилась, бегая перед елкой и скрюченным мужчиной, и тут до моего слуха донеслось то ли хрюканье, то ли смех. И я, наконец, замечаю, как подрагивают плечи Дамира, а руки упираются в колени и он уже в открытую начинает хохотать.