Книга Его (с)нежная девочка, страница 70 – Алекс Коваль, Анна Мишина

— Ни грамма, – тем не менее смеется мужчина, забирая у меня стеклянный шарик, расписанный белыми снежинками. Пальцы мужчины как бы невзначай касаются моей ладошки, вызывая мелкие разряды тока в том месте, где его кожа коснулась моей. И я слишком поспешно отдергиваю руку, чуть не роняя бедный шарик. Это кто еще тут из нас неуклюжий слон! Но, благо, у мужчины реакция ого-го какая, и я моргнуть не успеваю, как игрушка уже в его широкой ладони.

— И что с ним делать? Куда его вешать?

— Вы вообще давно наряжали елку?

Подхватываю еще одну игрушку, на этот раз смешного ушастого зайца, и показательно вешаю его на ветку.

— Вот так, на любую свободную веточку, пока не будет наряжена вся.

Снова наклоняюсь к ящику и замираю, поглядывая на мужчину задумчиво крутящего игрушку в руке.

— Ну, вы что застыли?

— Да вот, пытаюсь вспомнить, когда последний раз наряжал елку, – наконец оживает Дамир и очень даже ловко вешает игрушку. Смотрит на меня, и его губ касается непривычная, мягкая и какая-то далекая улыбка, будто мысленно он перенесся на много-много лет назад.

— И когда? Вспомнили?

— Лет сто назад, не меньше.

— Не думала, что вы такой старый, – улыбаюсь в ответ и, пряча взгляд, возвращаюсь к отработанному за годы действию – продолжаю наряжать прекрасное дерево.

— Если ты и дальше мне будешь “выкать”, то именно таким трухлявым пнем я себя и буду чувствовать. Неужели я так старо выгляжу? И мы вроде как договорились, что я Дамир, Ева. На ты, – наконец зашевелился хозяин дома, так же, как и я, то и дело подхватывая игрушки. Ну вот, я же говорила, тут главное начать, а дальше все само пойдет!

— Совсем нет, – запоздало отвечаю на вопрос. – Вы очень даже хорошо выглядите, – ляпнула я и прикусила язык, поймав его смеющийся взгляд.

— Чудно, а то я уже испугался.

— А сколько вам… тебе лет?

— Так много, что лучше тебе не знать.

— И все же?

— Тридцать восемь, Ева.

— Во-о-оу! – удивления сдержать не удалось. Джесс была права, мужчина мне в отцы годится, но при этом, отбросив все смущение, я чувствую себя рядом с ним удивительно хорошо. Словно и знакомы-то мы уже не пару дней, а как минимум, всю жизнь.

— Так, а вот это уже совсем не обнадеживает! – смотрит на меня укоризненно Дамир, легонько щелкая по носу, как ребенка. Такой странный и непривычный жест, который огоньком отзывается в груди. – Это просто цифры, снежинка. А наряжал елку последний раз я, наверное, еще мелким пацаном с родителями, – задумчиво продолжает говорить мужчина. – После, как-то во взрослой и самостоятельной жизни мне было уже не до того.

— А со своей семьей? Ты говорил, что был женат, а… а сейчас? Нет? Или дети есть, может быть?

Как много вопросов, Ева! Ты точно лезешь не в свое дело! Но удивительно, мужчина воспринимает это спокойно и отвечает тоже без какого-либо недовольства:

— Нет, не женат и не собираюсь. Пока. Ребенок есть, но он уже взрослый, и не было у нас заведено совместных наряжаний или праздников. Вообще все было как-то… не по-семейному.

— Это как-то уныло и неправильно.

— Согласен. Ну, а ты?

— А мы с бабулей каждый год ставим елку. Только этот год, видимо, станет исключением, – теперь мне взгрустнулось. – Эй, вешайте шары выше, я все равно туда не дотянусь.

— Вешай, Ева. Мы на ты.

— Да, то есть… вешай.