Онлайн книга «Дикарь из глубинки или курс выживания для мажорки»
|
— Миша! — Ясно, – пожимаю плечами, – все ясно. Очень все ясно! Значит, она ничего не помнит? Занимательно. Милка и алкоголь – две вещи плохо совместимые. Пьяненькая она готова на все, а утром, трезвая, она не помнит ни черта. Хорохорится только. Хвост веером распушила и носится по квартире. Мечется из угла в угол. Вещи собирает. Стоп. На кой черт она их собирает? — Ты куда собралась? — Домой. — Я тебя не отпускал. — А ты мне не муж, чтобы куда-то меня не отпускать. Ты мне вообще никто! — А мне сегодняшней ночью казалось, наоборот. — Вот! Ключевое – тебе казалось, – хватает свои трусики из ванной, где она вчера их и оставила, и летит к тому безобразию, серебристой кучей валяющемуся у кровати. Правда, там ее точно ждет разочарование – оно разодрано на хрен. Да, я такой. Мужик пылкий и порывистый. — Ты его порвал! – охает Милка, подцепляя блестящую майку, которую ей по ошибке впарили, как платье. – Оно же было совершенно новое! — Это было недоразумение, а не платье. — В чем я поеду домой, по-твоему?! — Ты не поедешь домой. — Поеду! – топает ножкой коза. – Если придется, в одних трусах поеду. Отвернись! Я поджимаю губы. Хмыкаю, сдерживая рвущийся наружу хохот. Отворачиваюсь. А чего бы не отвернуться, когда передо мной шкаф с напольным зеркалом в полный рост. Малость меняешь угол обзора и вуаля… — И вообще, между прочим, это было подло! – обиженно бурчит принцесса, натягивая свои ниточки-трусы по длинным стройным ножкам на идеальную жопку. Что в них, что без них – разницы нет. Я всю жизнь не устану удивляться, как бабы в этом ходят? Стринги, кажется? Нет, смотрится это, конечно, убойно. О, а у нее на правой ягодице родинка. — Ты вообще меня слушаешь, Миша?! — Прости, что? — Подло, говорю! — Что? — Ты воспользовался моей беспомощностью! Я напрягаюсь: — Чего? — Я была пьяна! — И? – не понимаю я. — А ты… меня… я… уф, отвернись, Миша! — А что я тебя? – рычу. – Ну? – и не думая отворачиваться. Пусть скажет прямо, глядя мне в глаза, какой я подлец. Если духу хватит. — Ты и сам знаешь, что! – упаковывается в халат принцесса по самые уши. — Не знаю. Озвучь. — Ты воспользовался моей беспомощностью! — Это я уже слышал. Каким, прошу прощения, образом я воспользовался, если ты ни хера не помнишь? Милка краснеет. Крылья ее вздернутого носика опасно раздуваются. Я складываю руки на груди и жду. Чего-чего, а обвинять меня в том, что я воспользовался невменяемым состоянием женщины... В жизни такого не делал, блть! А вот милой девочке Милене стоит быть осторожней с алкоголем, раз ее на раз-два уносит. Это хорошо, что вчера я оказался рядом. Такой терпеливый и правильный мудак. А будь один из тех быков, что к ней яйца на танцполе подкатывали – обесчестили бы девку и глазом не моргнув. И не факт, что как положено в кровати, а не в темном углу туалета. Коза! — Я поехала домой, – говорит уже спокойней Мила. Прямо встречая мой взгляд, просит: — Вызови мне такси. Мой телефон сел. — Никуда ты не поедешь, пока мы не поговорим. Тем более в таком виде. — Я не хочу с тобой разговаривать, – прячет глаза принцесса. – Я хочу домой. Рычу. Сжимаю ладони. Дыши, Миха, дыши. Собираю все свое терпение в кулак и говорю спокойно. По крайней мере стараюсь, чтобы голос звучал ровно: — Мы сейчас позавтракаем. Выпьем кофе. Тебе привезут одежду. И только тогда ты поедешь домой. Сытая, довольная и, мать твою, одетая, Мила. |