Книга Его маленькая заноза, страница 19 – Анна Мишина

Запускаю пальцы в ее волосы, обхватив затылок. Впиваюсь глазами в лицо, когда-то до боли знакомое и любимое.

— Я скучала, — повторяет.

— Это не имеет значения, Лен. Не имеет. Больше. Уже давно. Ты сделала свой выбор. Тогда.

— Я… — она поджимает губы, но снова поднимает свой взгляд. — Я все еще люблю тебя, — и тянется к губам. Целует.

А я, как истукан, не могу пошевелиться. Не поддаюсь, но и не отталкиваю. Секунда-две-три. И отступаю.

— Нет, — качаю головой. — Все в прошлом. Все. Ты замужем, у тебя есть ребенок. Ты сама сделала свой выбор, — сам не замечаю, как повышаю голос.

— Мне жаль.

— А мне нет. Не жаль. И я до встречи с тобой думал об этом. Но теперь я уверен, что все правильно сложилось.

— Я не могла по-другому, — кривит губы. — Не могла!

— Что ты не могла? — медленно накатывает злость. — Что ты не могла? Не выскакивать замуж за богатея? Бросать меня? Что?

— Ты поставил меня перед фактом! — орет и слезы катятся по щекам, да только я не верю.

— Я не ставил условий.

— Ты сделал мне предложение. Позвал с собой в Москву! А я не могла. У меня мама болела.

— Я тебя насильно тащил за собой? Условия ставил? Что, мать твою, я сказал тогда такого, что ты мне предпочла другого и не засомневалась, а выскочила за него замуж? Буквально через пару месяцев. Что мне нужно было думать? Я в твоих глазах был неперспективным. А если и мог чего-то добиться, то на это нужно было время. А тебе нужно все и сразу!

Молчит. А меня колотит от злости. В груди давит.

— Так зачем ты пришла сейчас?

— Я все еще люблю тебя, — снова этот взгляд.

— Забудь, — качаю головой и отхожу. — Я уже нет, — а перед глазами другие зеленые. — Прошло дохера лет.

— Я думала, что мы сможем…

— Ты уйдешь от мужа? — натягиваю улыбку. — Или бросишь ребенка? Да вот только ты мне больше не нужна, Лен. Мне по хрен!

— Тем, ты это ведь от злости говоришь.

— Думай, как знаешь. А теперь уходи.

Голова наливается свинцом. Я думал, что поговорив с ней, станет легче. Но нет. Легче не стало. Ощущение, что в грязи вываляли. А теперь хочется отмыться. Что и делаю, как только за Леной закрывается дверь, я стягиваю футболку через голову, расстегиваю ремень на штанах и иду в душевую. Забираюсь под холодные струи воды.

У-у-у-ф. Миллиарды острых иголок впивается в кожу. Лучше так. Чем потом жалеть о случившемся, поддавшись секундной слабости.

Мира

Нога меня практически не беспокоит. Поэтому, как только я замечаю, что в кухне соседского дома включается свет, собираю в контейнер свежий салат из овощей, жареную курочку и картофель по-деревенски. Все это пакую в пакет и выхожу из дома.

— Рекс, на этот раз ты остаешься здесь, — оставляю пса на территории участка и запираю калитку.

А сделав пару шагов, замираю, заметив машину сестры у забора Артема.

Сердце ухает куда-то в самый низ. Замирает. Ладони холодеют и становятся липкими. Ноги деревенеют. А земля и вовсе готова ускользнуть из-под ног.

Зачем она к нему приехала? Не ко мне, а к нему. И я примерно догадываюсь, но как не хочется разочаровываться в Ленке. И тем более в Артеме. У нее же все хорошо сложилось в жизни, зачем она приехала к нему?

Срываюсь с места, не обращая внимания на вновь занывшую ногу, которая уже пару дней не болела. Влетаю в калитку и быстрым шагом тороплюсь к дому. У крыльца останавливаюсь, а потом, крадучись, поднимаюсь по ступенькам и заглядываю в коридорчик. Дверь, ведущая в дом, приоткрыта. Я подхожу ближе. Замираю, услышав голоса.