Книга Дьявол на кушетке, страница 83 – Майя Марук

— Когда Лилит активировала Забвение, я уже носила малыша Лю. Видишь ли, наш мир так устроен, что я должна была сделать выбор: уничтожить заклинание твоей жены и рискнуть жизнью сына, или.… В тот раз я не могла выбрать тебя.

— Она мне не жена. – Теперь уже Люцифер смотрел в сторону.

Руки демона дрожали. Чтобы скрыть волнение он сжал их в замок, но тонкая корка льда, которая поползла по ладоням, все равно выдала Владыку.

— Я хочу, чтобы ты вернулась. Я…

— Я должна прожить эту жизнь в мире людей. Ты знаешь правила.

— Мы можем… Если ты хочешь… Я договорюсь. Михаил…. У меня на него компромат.

Отчаянье сменилось решительной злостью. Изворотливый мозг демона хотел найти проблему и ее решить, игнорирую вековые правила мироздания.

— У тебя на всех компромат. Но это мое последнее воплощение. Нельзя рвать нити Судьбы.

— Тогда я останусь с тобой.

— Демон в мире людей? – Каси звонко рассмеялась. – Пожалей Вечный Город. Ты должен вернуться. Владыка не может остаться жить среди людей. Это опасно и глупо.

— Я не хочу тебя еще раз потерять.

Люцифер не выдержал. Он схватил женщину и прижал к себе. Ася чувствовала, как горячие слезы стекают ей за воротник и ничего не могла сделать. Даже они должны были подчиняться нерушимым правилам мироздания.

— Всего каких-то пятьдесят лет. – Женщина обняла демона за плечи и уткнулась носом в любимую шею. – Пятьдесят лет, и ты меня встретишь на берегу Стикса.

Дип и Бельфегор

— Это она? – Спросил Бельфегор, стоя возле детской кроватки.

В комнате было темно. Большое окно закрывали шторы типа «блэкаут», чтобы солнце не мешало ребенку спать. Мать малышки дремала в соседней комнате, прямо на ковре, пока огромный демон «гулил» с ее дочерью. Бельфегор закрыл собой детскую колыбель, чем вызвал приступ праведного гнева у своей жены, которая тоже хотела посмотреть на девочку.

— Она. – Прошипела Димпинпиг и постаралась бедром отодвинуть мужа в сторону.

— Такая маленькая. – Умилился Бельф, который до этого дел с младенцами никогда не имел.

— Ну конечно маленькая. Она только родилась.

— Ты смотри, у нее волосики, как у Каси. – Продолжил умиляться эрцгерцог. – И такие ручки. Она этими ручками столько рогов переломает!

— Какие рога? Она же девочка! – Прошипела на мужа демоница и улыбнулась ребенку.

— Дип!

— Что?

— А ее мама тоже наша внучка?

— Да.

— А ее бабушка?

— Дедушка.

— Что дедушка?

— Ее дед наш потомок. Потомок Каси. Но Каси наша. Значит и он наш. – Заключила Димпинпиг и протянула руки к ребенку.

— Это хорошо.

— Что хорошо?

— Что наши потомки пошли в Каси. – Задумчиво произнес Бельфегор. – Ничего не хочу сказать против Владыки, но девочке… Девочке лучше быть похожей на нашу линию.

— Хорошо, что Люцифер тебя не слышит.

— Он бы со мной согласился.

Дип скептически посмотрела на мужа и решила промолчать, дабы не портить трогательный момент знакомства со своей далекой правнучкой.

— Так надо ей кого-нибудь приставить. Для охраны. – Вдруг спохватился Бельфегор.

— Нельзя. Ты знаешь правила.

— Это к обычным людям нельзя. А она наш потомок. К ней можно. Михаил разрешит. У меня на него компромат….

Какое-то время спустя

Ася

В город наконец-то пришло лето. Людей на проспектах столицы стало вдвое меньше. Все стремились сбежать из города ближе к морю, реке или хотя бы ближайшему водохранилищу. Зной стоял страшный, асфальт, казалось, плавился под ногами, кондиционеры в городских автобусах и трамваях не справлялись с жарой и водителям, вопреки всем правилам дорожного движения, приходилось оставлять открытыми передние двери, чтобы хоть как-то облегчить жизнь пассажирам. Летние террасы оборудовали дополнительными зонтами, маркизами и водными распылителями. Продавцы прохладительных напитков и мороженного только и успевали подсчитывать прибыль от продаж, а магазины бытовой техники заказывать со складов вентиляторы и кондиционеры. В новостных сводках все чаще упоминались случаи тепловых ударов, а в метро начали показывать социальные ролики про оказание первой помощи «на воде». И только демонов, которые все также продолжали посещать мой кабинет, эта жара ничуть не пугала. А некоторые, наоборот, мечтали о том, чтобы температура на улице поднялась еще чуть-чуть выше.