Книга Развод с генералом драконов. Ты не достоин быть отцом тройни, страница 79 – Леона Браун

Следующие три дня я почти не выхожу из лаборатории. Варю, настаиваю, вкладываю воспоминания. Каждое — как по живому режу. Вот его глаза, смеющиеся надо мной в саду. Вот его руки, подхватывающие меня на руки. Вот его губы, шепчущие «Искорка». Вот наш поцелуй у дверей дома. Всё это уходит в кипящее зелье, растворяется в нём, становится частью фиолетовой дымки, поднимающейся над котлом.

А на четвёртый день я отвечаю на его послание.

Каждое утро он присылал мне что-то. Цветы. Книги по редкой медицине. Сладкие пирожные из той кондитерской, что я люблю. Записки, в которых умолял о встрече, клялся, что та девушка ничего не значит, что я всё не так поняла.

Я не отвечала. Просто смотрела на подарки и чувствовала, как сердце обливается кровью.

А теперь — ответила.

«Я хочу встретиться. Поговорить. Приходи сегодня вечером в парящий ресторан на Острове Орхидей».

Ответ пришёл через минуту. Одно слово: «Приду».

Остров Орхидей парит высоко над городом, удерживаемый древней магией. Сюда пускают только избранных, только по специальным приглашениям. Но для кронпринца, конечно, не существует запретов.

Он заказал весь остров. Только для нас двоих.

В центре — изящная беседка, увитая живыми цветами, которые светятся в темноте мягким розовым светом. Стол накрыт на двоих, горят свечи, внизу, далеко-далеко, мерцают огни ночного города. Музыка льётся откуда-то из невидимых источников — тихая, нежная, щемящая.

Красиво. Слишком красиво. И от этого ещё больнее.

Я стою у края острова, сжимая в руке флакон с зельем, и чувствую, как слёзы подступают к горлу. Это наша последняя встреча. Последний раз, когда я увижу его глаза. Последний раз, когда услышу его голос.

— Искорка.

Я вздрагиваю, оборачиваюсь. Он стоит в двух шагах, и в его взгляде — столько надежды, столько боли, столько любви, что у меня подкашиваются колени.

— Ты пришла, — выдыхает он, делая шаг ко мне. — Я думал... я боялся, что ты никогда больше не захочешь меня видеть.

— Я тоже боялась, — отвечаю я, и голос мой звучит на удивление ровно. — Но поняла, что должна поговорить с тобой.

Мы садимся за стол. Я разливаю вино по бокалам. В один из них — его — заранее добавлено зелье. Мои руки не дрожат. Совсем. Только сердце готово выпрыгнуть из груди.

— Я была неправа, — говорю я, глядя ему в глаза. — Насчёт того вечера. Насчёт той девушки. Я погорячилась.

Он смотрит на меня, и в его глазах загорается надежда.

— Правда?

— Правда.

Я улыбаюсь. Фальшиво, но он не замечает.

— Давай выпьем за то, чтобы начать всё сначала, — я поднимаю свой бокал.

Он поднимает свой. Смотрит на меня, улыбается той самой улыбкой, от которой у меня сердце всегда замирало.

— За нас, Искорка.

Он подносит бокал к губам. Делает глоток. И на одно мгновение — всего на одно — его лицо искажается ужасом. Таким глубоким, таким осознанным, что у меня всё внутри обрывается.

Эйнар понял. Понял, что я сделала.

Но он не останавливается. Делает ещё глоток. И ещё.

Почему? Если понял — почему пьёт дальше?

Его хвост, который всегда выдавал эмоции, медленно опускается. Пушистая кисточка касается пола, словно в знак разочарования. Разочарован не только он мною — его дракон тоже.

Мне становится физически больно. Но я не могу остановиться. Уже не могу.

Я накрываю своей ладонью его руку, лежащую на столе. Просто чтобы почувствовать его тепло в последний раз. Просто чтобы запомнить это ощущение.