Книга Котенок Шмыг, авария и полный мандарин!, страница 8 – Яна Лари

— Как? — скептично кривится Марат, кружа по комнате как раненный вепрь.

Я экстренно отхожу с пути на шаг в сторону, чтобы меня не снесло.

— Кота берёшь на попечительство, в Ладу влюбляешься ещё «вчера». А сегодня вы двое приютили бездомного котика, и на радостях не устояли на льду.

— Бред, — фыркаем с орком в один голос.

— Сегодня, может, бред. А через недельку-другую ежедневных публикаций с вашими тремя счастливыми мордами, никто и не вспомнит, что думал иначе, — усмехается Антон.

Он единственный, кто получает удовольствие от всей этой истории, или дурачок, я не разобралась.

— Давайте как-нибудь сами. Я здесь при чём?

— Надо было тщательнее выбирать, на кого выпрыгивать, — тихо рычит Марат.

Я теряю дар речи. То есть он считает, я специально его машину высматривала? Самовлюблённый болван.

— Да идите вы… — Сердито машу рукой.

— Пойду я, — внезапно соглашается наш «пострадавший». Судя по красной физиономии, инфаркт у него не за горами.

— Куда? — иронично уточняет у него брат.

Ах, ну да. Он-то у себя дома находится.

— На… — сжимает губы орк, явно проглатывая мат, — … на лоджию.

— Правильно, иди. Я с Ладой тет-а-тет поговорю. Так она быстрее согласится, — хмыкает Антон, глядя, как брат, прежде чем выйти, срывает с руки и швыряет на кровать свой браслет.

Марат

Месяц я продержался без мата почти. Месяц!

Сам, конечно, виноват. Во-первых, повёлся на бывшую, что само по себе поступок сомнительный. Во-вторых, не смог устоять перед соблазном увидеться, что уже полноценный идиотизм. И, наконец, эта Лада на моём капоте. До сих пор колотит.

Короче, отвёл душу. Выдумал даже пару не слышанных ранее оборотов, ибо весь этот сыр-бор, отчасти из-за женщины.

Алиска сто процентов забила на меня. Она обо мне вспоминает постольку-поскольку. Я ей давно не восхищаюсь, но злость сидит во мне занозой.

Первое о чём я подумал, заработав миллион — вот Алиска охренеет! Нет у меня другой цели и другой мотивации. Только это меня вдохновляет.

Моё мужское самолюбие удовлетворено, а гордость предстоит ещё уговорить. И звонить бывшей, требовать объяснений после нанесённого удара в спину — противно. Но разобраться надо. Не ждать же новой подлянки, которая непонятно, где и когда выскочит.

Её номера в моей телефонной книге нет, набираю цифры по памяти.

— Нехорошо заставлять женщину ждать, — капризно тянет Алиска. — Мне пришлось идти на крайние меры.

Дочь богатых родителей, она привыкла получать всё по щелчку. Когда-то мои возможности были в разы скромнее, это нас и сгубило.

— Чего тебе от меня надо?

— Утром хотела увидеться. И ладно ты не пришёл. Но предупредить же, чтоб тебя не ждала, можно было?

— Я чуть человека не сбил.

— Ой, не драматизируй. Я на светофоре стояла как раз, и своими глазами видела, что эта невзрачная мышь не пострадала. Так что отмазка не зачитана.

Читать Алиске мораль? Делать мне больше нечего.

— Ты так и не сказала, зачем нужна эта встреча, — морщусь, растирая пальцами висок.

Одна головная боль от неё. И проблемы, о которых я не просил.

— Мне стало скучно, я почему-то подумала о тебе. Помнишь, как мы ходили в кино, а ты за весь сеанс ни разу на экран не глянул? Глаз с меня не сводил... — вздыхает она тихо. — Я жалею, что мы так глупо расстались.

Обожания тебе не хватает?