Книга Котенок Шмыг, авария и полный мандарин!, страница 51 – Яна Лари

Фантазия Алисы опережает даже мою способность удивляться.

— Ну всё. Поздравила? Шуруй. — С трудом отцепляю её от Лады и утаскиваю обратно к двери.

— Ну что ты, родной, дай посмотреть на вас.

— Ты что, бессмертная? — встаю, как обухом пришибленный. — Какой я тебе «родной»? Завязывай бухать, уже проблемы с памятью.

— А зачем плохое помнить? Что было, то прошло. Сколько можно на меня злиться? Всё, отпусти прошлое. Смотри, какая у тебя девочка хорошая. — Алиса подныривает мне под руку и продолжает дальше нести откровенную ахинею: — Ты не беспокойся, я на Марата не претендую и счастью вашему не буду мешать!

Чего-чего?!

— Знаешь что, «помеха», иди-ка ты отсюда. Не то, честное слово, выйдешь в окно!

Ситуация, конечно!..

Что ни скажи, всё против меня. С ней по-хорошему не хочется, и Лада не поймёт. А по-плохому выглядит, как будто я страдаю.

Я и страдал, хернёй. Но это в прошлом.

— Милая, если понадобится совет или захочешь просто поболтать, спроси у Марата мой номер. Он помнит, — не унимается моя бывшая.

Я решительно захлопываю за ней дверь.

— Х-х-х! — раздаётся в тишине что-то среднее между шипением и звуками срыгивания шерсти.

Шмыг, тонко чувствует людей. За всех, красавчик, высказался.

— Ты реально помнишь её номер наизусть?

Спокойный, на первый взгляд безобидный вопрос, сулящий град из слёз и прочий апокалипсис.

Так я тебе на него и ответил.

— Надеюсь, ты не собираешься звонить этой блаженной? — спрашиваю строго.

— Я уже услышала больше, чем хотелось бы.

Подойдя ближе, беру Ладу за руку.

— Послушай, всё это — просто манипуляции. Она не знает, кто ты для меня. А то бы не теряла даром время.

— А кто я для тебя, Марат?

Она замирает, будто не дышит даже, когда я нежно заправляю прядь волос ей за ухо.

— Единственная, — отвечаю, не отводя взгляда. Лада моргает и начинает тихо смеяться. — Что смешного?

— Орк умеет соблазнять.

— Он ещё и горячие бутерброды умеет готовить, — собираюсь поухаживать за своей ревнивой дамой в надежде, что это немного её успокоит.

И вроде бы всё хорошо.

Я нарезаю бекон, кручусь у плиты, она мне во всём помогает. Только задумчиво морщит лоб, когда думает, что я не вижу. Стопудово, занимается любимым женским делом: тараканов в голове подкармливает.

— Лада, — настойчиво привлекаю к себе её внимание. — У тебя есть планы на сегодня?

— Если ты о том, чтобы смотреть в потолок, то да.

— Отлично. Значит, планы отменяются. Твои вещи уже высохли, собирайся.

— Куда?

— Ты когда-нибудь ходила куда глаза глядят?

Она мотает головой, но на лице, помимо удивления, мелькает интерес.

— Ну, раз так… поехали, посмотрим, что это за зверь.

Иногда всё, что нужно — крепче держаться за руки и ни о чём не думать.

Лада

— Тебе нравится? — негромко спрашивает Марат, когда я вслед за ним выхожу из машины.

Мы остановились у небольшого посёлка на заснеженном холме. Случайное место, выбранное наугад в навигаторе.

Зима здесь не такая, как в городе, она настоящая, чистая, сказочная, словно с открытки. Она искрится и кружится, она звонким детским смехом поднимается над кронами. И рябины здесь кажутся хрустальными: ветви, ягоды — всё сверкает, переливается инеем.

Я прикрываю глаза и чувствую, как кожу щекочет лёгкий мороз. Снежинки целуют прохладой щёки и губы, суматоха влечёт туда, где шумная ребятня наперегонки скатывается на санках, оставляя позади блестящие ледяные дорожки.