Книга Бывший моей соперницы, страница 48 – Яна Лари

Мир гаснет вокруг и снова вспыхивает уже за закрытыми веками. Яркий как никогда. Меня размазывает удовольствием… Не ожидала, что буду реагировать каждый раз как первый. И Марк… Он целует меня так, словно хочет заклеймить.

— Мать твою, Надька… — почему-то зло рычит мне в губы.

Я ахаю, когда он внезапно переворачивает меня живот, и вдавливая одной рукой лицом в диван, второй рывком приспускает короткие шорты. А затем болезненно впивается ртом в ягодицу.

— Скотина!.. — мычу, от боли пуская слюну на обивку.

— Прости, чуть не забыл, куда ты хотела быть поцелованной, — с нескрываемым злорадством выдыхает поверх влажной, полыхающей кожи. — Ладно, Фиалка. Мне пора. Был рад тебя увидеть.

Да быть такого не может. Он вот так просто возьмёт и уйдёт?

Бросит меня в таком состоянии?!

— И как это называется, чёрт тебя дери?..

— Пока-пока… — Взмахивает рукой не оборачиваясь.

И ведь реально уходит! А так и лежу вверх задом, сгорая от досады и не утолённого желания.

Я ненавижу его. Честно-честно. Даже к вечеру моя злость не сбавляет накала. По-видимому, я действительно плохо его знаю. Вот что ему помешало закончить начатое?! А если не собирался, зачем начинал? Зачем он вообще пришёл? Лишить меня аппетита и сна?!

Но самое паршивое, вовсе не тянущий дискомфорт внизу живота. Даже увидев, как Ремизов обнимается с Ирой, меня до сих пор к нему магнитом тянет. Интересно, эта тупость как-нибудь лечится?

Солнце уже скрылось за горизонтом, а возбуждение никак пройдёт. Мне приходится приложить титанические усилия, чтобы первой не набрать номер Марка.

Никогда. Ни при каких обстоятельствах!

Я не звонила и не буду звонить парню первой. Лучше разобью телефон, взорву в микроволновке, утоплю в унитазе! Но никогда больше не буду навязываться…

Может быть, меня перемкнуло так сильно, потому что я сидела взаперти так долго. Без развлечений. Без ярких эмоций. Не удивительно, что эта небольшая интрижка на фоне пуританских будней так меня раскатала. И я буду идиоткой, если не попробую развеяться.

С намерением устроить девичник, заворачиваю во двор к Маринке.

Аверина полулежит на качели, меланхолично выпуская дым сигареты в мутное небо.

— Гарик ушёл? — Скольжу внимательным взглядом по её индифферентному лицу. — Что-то ты не выглядишь довольной.

— Поссорились, — отмахивается, изящно дёргая плечом. — Его в моей жизни становится слишком много.

— Как-то ты жёстко с ним. Вы столько лет встречаетесь…

— Спим, — цинично поправляет Маринка. — И что-то мне подсказывает, без огонька.

— Как это?

Она с хриплым смешком запускает пальцы себе в волосы.

— А чёрт его знает. Может быть, фитилёк сыроват? Мне не с чем сравнить.

Аверина так редко делится личным, что для меня её неискушённость становится новостью.

— Я чувствую себя рядом с тобой распутницей, — признаюсь, опять возвращаясь к порочным мыслям. Да что ж такое… — Марин, ты недавно предлагала посидеть где-нибудь. Как насчёт большой пиццы и нашего любимого дивана?

— У меня есть идея получше. Тебе полчаса собраться хватит? — выдаёт она с пугающим энтузиазмом.

Пугающим, потому что сегодня я готова совершать глупости.

Марк

На часах без шести минут полночь. Самое время освежить в памяти непродолжительное и затёртое до дыр хоум видео. Клянусь, это самое развратное зрелище, когда-либо попадавшееся мне на глаза! Тридцать четыре секунды… Ровно два глотка мадеры… И бесконечно сексуальное скольжение женских губ по горлышку бутылки — всё, что я успел заснять, прежде чем завалить Фиалку обратно на кровать.